Яга. Тридевятое царство

– Вот же охота пуще неволи, – медведь подождал, пока Василиса удобно устроится у него на спине и только потом побежал через весь лес.

* * *

Бежать с Хранителем Леса было примерно так же приятно, как идти по лесному коридору, который создавал Леший. Ветки перед глазами не мелькали, корни под ноги не попадали, путь сокращался в несколько раз.

Бурд и Василиса бежали в полной тишине.

Тишина может быть разной. Бывает ужасающая тишина. Бывает тишина, когда ты радуешься тому, что наконец-то все посторонние звуки смолкли… А бывает печальная тишина, когда вроде бы всё спокойно, но на душе темная вуаль.

– Ну вот мы и на месте, – медведь аккуратно присел на землю, чтобы Василиса спустилась с него.

– Спасибо, Бурд, – она крепко обняла его, – Спасибо тебе за всё! За то, что не бросил меня и Елену… За то, что помогал мне в детстве… За то, что заботился о моей маме.

– Береги себя, Василиса, – он уткнулся своим мокрым носом ей в плечо, – Пусть Леля бережет тебя на твоём пути. Не говори кто ты и откуда, старайся не упоминать о родных… И ради Велеса, не лезь в Карбункул-Дворец, даже если там Яга… Для тебя, особенно для тебя, это может плохо закончиться.

– Я буду осторожна, – девушка смахнула слезу и подошла к колодцу, – Вот так просто прыгать вниз? Там же темно…

– Ты остановишься у самого дна, – медведь смотрел, как Василиса садиться на край колодца, свешивает ноги.

– Ещё встретимся, – девушка улыбнулась, выдохнула и спрыгнула вниз.

– Прощай, Василиса, – тихо прошептал Бурд и медленно пошёл в сторону своей берлоги и избушки Елены.

Мир не без добрых людей… Или ведьмаков

Если ты считаешь, что это неважно, то это ещё ничего не значит

    Василиса

Василиса не ожидала, что путь по прямой может быть таким утомительным. Особенно, когда идешь один и в добавок не можешь петь песни, потому что звук твоего голоса отражается от сводов тоннеля и может привлечь кого-нибудь малоприятного.

Но больше всего её поразила река с Мёртвой Водой. Мягкий свет, кости рассыпанные по всему берегу, мох и лианы на сводах.

Девушка увидела перед глазами туже картину, которую когда-то давно видели Миродар и Ядвига. Она ничуть не поменялась. Если наверху мир Яви был изменчивым, развивался и никогда ни оставался прежним, то в мире Нави всё было статично.

Ведь смерть сама по себе статична, неизменна и неизбежна. После смерти никто и ничто не меняется. Это предсказуемо… и так скучно.

Василиса ускорила шаг, помня о наставлениях Бурда.