Пока часы двенадцать бьют

Если с Аленкой поругался, то не переживай – помиритесь.

Миша поморщился, от одной мысли, что он пригрел на груди змею, ему становилось тошно.

– Не знаешь, что в столовке только про произошло? Может, кто что говорит?

– Я ведь с тобой все время был, так что нет, но могу узнать.

Миша ему кивнул и направился в ту сторону, куда несколькими минутами ранее побежала Яра, но поиски Саши так и не увенчались успехом, хоть парень и предполагал, что она может быть в женском туалете, куда ему путь закрыт.

Прозвенел звонок, и ему пришлось пойти на урок, глубоко погрузившись в свои мысли. Саша пришла на занятие спустя двадцать минут в компании Яры. Девушка стояла, опустив глаза, но было видно, что она плакала. Что-то больно кольнуло в его душе.

“Такие красивые глаза не должны плакать” – подумал он, пытаясь поймать ее взгляд, но она избегала контакта с кем-либо, лишь села за парту и уткнулась в учебник литературы, раскрытый даже не на нужной странице.

Сидеть одному за партой было непривычно, но пара литературы пролетела даже как-то чересчур быстро за разглядыванием белокурой девушки под стихи Анны Ахматовой.

После пар Миша как обычно собрался с друзьями – Пашей и Борей – за воротами школы, это была их маленькая традиция уже на протяжении трех лет.

Погода была не постоянной. Темно-серые облака, которые заволокли утром небо, вылились ледяным дождем.

Все покрылось корочкой льда, даже деревья стояли, перезваниваясь заледеневшими ветвями, постукивая друг о друга и скрипя.

– Отец обещал тачку мне на восемнадцать лет подарить, – поделился Боря, делясь огоньком.

– Круть! Будешь нас подвозить, да, Мих? А, у тебя же собственный водитель, я и забыл.

Миша поморщился:

– Ты ведь знаешь, как я не люблю, чтобы меня возили, это лишь вечный контроль: куда, зачем и с кем.

Три друга. Они были такими разными.

Как называл про себя их троицу Миша “вынужденные друзья” – просто, чтобы были, это ведь удобно, когда знаешь, что в любом коллективе у тебя будут свои люди, но можно ли открыть им свою душу? Вопрос спорный. Так и образовалась их компашка, в которой Миша чувствовал себя белой вороной, хотя парни будто бы этого не замечали, либо он действительно потрясающе играл свою роль богатенького сынка, падкого на девушек.