Компаньонка

Кити опустила глаза и, сделав глоток воды, продолжила:

– Какими же мы – дети – можем быть неблагодарными существами. Мы можем не видеть и не замечать всех усилий, которые наши родители прилагают. Мы с лёгкостью принимаем все блага от наших родителей как данность. Но случись что-то не по-нашему, мы тут же это замечаем и выказываем своё недовольство. Посему я сделала для себя неутешительный вывод… – Кити подняла полные слез глаза на своего отца. – …Все дети – эгоисты. Вonjour, papa.

– Bonjour, mon coeur, – с нежной улыбкой произнёс князь.

В этот момент Мари, сама не ожидая того, залюбовалась князем. Она впервые отметила для себя его черты как весьма впечатляющие. Такая улыбка преобразила лицо князя. От глаз разбегались лучики морщинок, и взгляд из сурового превратился в мальчишеский. Всегда плотно сжатые губы теперь стали живыми и…

Мари поверить не могла в свои мысли. Она сейчас размышляла о губах князя. Точнее, о нижней губе, она была пухлее и больше.

Мари усердно моргнула пару раз, чтобы прогнать ненужные мысли.

– …столько знакомств. И я так давно не видела Анну Лихонину, я была рада её повидать, – долетели до Мари слова Кити. – А как вам, графиня?

Мари долго смотрела на Кити, пытаясь по её выражению угадать, о чём же идёт речь, но, так ничего и не поняв, кивнула головой.

– Весьма впечатляюще…

– Что же вас «весьма впечатлило», графиня? – впервые обратился к графине князь.

Мари сделала глубокий вдох, так как симпатия к этому человеку вновь уступала место раздражению.

– Меня впечатлили вокальные данные и их подача артиста, что вчера выступал в Имперском театре.

– На мой взгляд, ничего особенного в этом Соловье нет, – как бы с безразличием заметила Кити.

– Я ему передам твоё разочарование, – вновь улыбнувшись, заговорщически сказал князь.

– Уж будьте любезны, papa.

Кити также ехидно улыбнулась отцу в ответ.

***

В кухне Ольденбургского поместья стояла духота. Жар от печи дополняло весенние солнце, и духота была почти невыносимой.

Кухарка Неёла Ануфриевна открыла настежь двери во двор и, прислонившись к косяку, стала обмахивать себя передником.

– Ты сейчас тесто поставь, а я рыбой займусь. Подготовим к обеду все, и поди отдохни, погуляй… погода сегодня хорошущая…

Служанка Настасья послушно кивнула и тяжело поднялась со скамьи.