Восточный плен. Княгиня

Когда огромный чернокожий мужчина, выхватив Мари из перепуганной женской стайки, стал грубо прижимать её к себе, она чуть не закричала и, почувствовав его пальцы на своем теле, стала отчаянно вырываться. Француженку, идущую впереди Мари, тоже схватил какой-то сальный, с оплывшим лицом толстяк и, силой пытаясь раскрыть жирными пальцами рот девушки, стал бесцеремонно её разглядывать, считая зубы. После этого он с довольным хохотом оттолкнул девушку от себя, скривив пренебрежительную гримасу. Та споткнулась и, потеряв равновесие, чуть было не упала, но Мари, сумев к тому времени отбиться от чернокожего громилы, поспешила на помощь к бледной француженке и успела подхватить её.

За длительное путешествие у женщин получилось сдружиться, и именно Френсис рассказывала Мари о славе и величии знаменитого богатого города на процветающем юге. Теперь же Мари в полной мере могла убедиться в услышанном, увидев Константинополь своими глазами. Ей незамедлительно открылись его первобытная дикость, душевная убогость и бесчеловечность.

Странные, насыщенные до резкости запахи вызывали тошнотворные приступы. Порой их приторность и яркость провоцировали спазмы дыхания, и наступало удушье. При этом шум и неугомонность города становились невыносимыми и вызывали оцепенение, невозможно было понять и оценить, что же происходит. Лишь одного хотелось – закрыть уши и больше никогда не слышать эти непонятные звуки города, которые просто оглушали. Но отвратительней и ужасней всего были сами жители, заполняющие улицы этого города.

Никогда прежде за всю свою жизнь Мари не доводилось видеть такое количество людей. Она была поражена разнообразием в их одежде, вольностью поведения, непонятностью их речи… Её окружали мужчины всех цветов и наций: чёрные как смоль, с тюрбанами на голове, они являли собой самое страшное зрелище. У одних глаза темнее южной ночи, у других – голубее самой яркой лазури. Головы одних абсолютно лысые, других – с пышными кудрявыми шевелюрами. Устрашающие лица с густыми, сходящимися на переносице бровями и с длинными бородами. И ни одной женщины среди них!

Мари зажмурилась, точно пытаясь прогнать ужасный сон, но, открыв глаза, увидела, что перед ней всё та же жестокая реальность – перед ней был величественный город Константинополь.

– L?ve-toi, Francei![3 - Вставай, Френсис! (фр.)] – тихо прошептала Мари. — L?ve-toi…

Френсис быстро поднялась и мелкими шажками, словно зачарованная тихим гипнотическим голосом Мари, пошла вперёд.