Восточный плен. Княгиня

На стенах, на полу и даже на потолке в хаотично-искусном беспорядке красовались ковры и полотна, изготовленные из шерсти и украшенные геометрическими фигурами и всевозможными растительными мотивами. Ушаки насыщенно-красного цвета с медальонами, арабесками жёлтого и синего цвета, сложно переплетённые ромбы гольбейнов и кружевные арабески ковров лотто… Более всего Мари понравились простые рисунки в скромной, но изысканной цветовой гамме ковров юрук и изготовленные из тончайшего шёлка хереке.

На одном из последних Мари задержала свой восторженный взор.

– Позвольте, я расскажу вам, почтенная госпожа, о своём искусстве? – предложил ткач.

Мари поспешно кивнула в знак охотного согласия и с мягкой улыбкой на губах подошла ближе к старику. Чуть помедлив, она произнесла:

– Bu g?zellik nasil ortaya ?ikiyor?[18 - Как получается такая красота?]

Мурад-бей беззубо улыбнулся.

– Вязкой узлов и хитрых сплетений… Если у этого мира есть верх, то у него должен быть и низ… Когда между узорами судьбы образуются щелевые просветы, только любовь может спасти.

Любовь к женщине, любовь к Аллаху, любовь к своему делу… Жизнь, лишённая любви, становится бесцветной и безвкусной, как халва из снега.

Когда старец закончил, Ариф перевёл для Мари его слова и прибавил:

– Мурад-бей – один из самых древних мастеров ткацкого дела. А ещё он мудрец и пророк. Все в округе от мала до велика почитают и превозносят его талант и мудрость.

– Он очень точно выразился о красках любви, – задумчиво произнесла Мари.

– Помимо красок любви существуют ещё краски верности и чести, краски счастья и горести. Они вплетаются в ковёр человеческим трудом, и только потом корень морены, индиго, шафран или грецкий орех отдаёт ему свой цвет.

– Грецкий орех?!

– Чёрный или коричневый цвет.

Ариф провёл рукой по мягкому ворсу тёмно-пурпурного цвета.

– Только турецкие ковры обладают индивидуальной палитрой, включающей насыщенный пурпур.

И только сверкающий жёлтый и яркий зелёный цвета могут идти в дополнение к более обычным оттенкам красного и синего в наших коврах.

Колокольчик при входе тревожно оповестил о вновь прибывшем госте, и головы присутствующих обернулись на этот звук.

На пороге появился уличный попрошайка.

Мари с любопытством стала наблюдать за последующими действиями хозяина лавки. На её родине беднягу давно бы уже погнали кнутом или палками.