Запретная игрушка

Наступил коллапс, который толкнул девушку в яму прострации.

– Я… мы… – Ив пыталась подобрать лучшие варианты оправдания, пытаясь успокоиться.

– Можешь не отвечать. Иди домой. – Грета подошла к Иве и, потеснив её, открыла дверь. – Спокойных снов тебе, Ив.

– Я с ним всего два дня. Я не знаю, как так получилось. – Девушка собиралась объясниться, к ней вернулись силы говорить, но Грета закрыла перед её носом дверь.

Боль, что перетекала от одной подруги к другой, ткнулась в возникшую между ними преграду и разделилась надвое, возвращаясь к каждой хозяйке с новой силой.

Ночь продолжалась, а вот что будет с дружбой девушек, должно решить утро…

Глава 9. Контакт в виде боя.

Грета ещё долго стояла у двери после удаляющихся шагов Ив. Мир девушки перевернулся, и чувство потери чего-то важного тяжело булькало в груди.

От анализа своих эмоций её отвлёк тихий стон Лукьяна. Она посмотрела на него, ощущая полное безразличие, или ей так казалось, ведь в следующий миг девушка опустилась на колени у собственной кровати с мокрым полотенцем в руках.

Грета осторожно промокнула кровь на губах своего преследователя, стёрла красную полоску с его подбородка и взглянула на его кисти. Холки пальцев походили на неоднородную субстанцию кровавой каши, что начала затягиваться корочкой.

– Дурацкие цветочки, за что мне такое «счастье»? – выругалась она жёстче, чем обычно.

– Ты умеешь ругаться? – хрипло усмехнулся Лук, открывая глаза.

– Ты притворялся всё это время? – Грета отскочила от парня, как будто ошпарилась, и ударилась спиной о стену.

– Нет, пять минут назад я пребывал в темноте, пока меня оттуда не выдернули нежные прикосновения. – Он попытался встать, и это вышло неуклюже. Осмотрелся вокруг, понимая, что он, видимо, в гостях. Всё тело ломило от полученных ударов. Ховардовские кулаки всё-таки били как надо, несмотря на выпитые литры дешёвого пойла, что разливали в этот вечер в доме Ховардов.

Лукьян сел, сгорбившись, и наклонился вперёд сильнее, чтобы дотянуться до Греты.

Он ухватился за тонкое запястье девушки, потянул её от стены, заставляя сесть рядом на кровать. В очертаниях ночи Грета казалась ему совсем другой, всё такой же таинственной и странной, но более нежной, уступчивой и симпатичной.

Он долго наблюдал, как она кусает губы, обдумывая что-то. До него наконец-то достучалась мысль, что ночь и парень рядом, даже без двусмысленных подтекстов – это непривычно для нее, и именно поэтому она нервничает сильнее.