Лунные хроники. Белоснежка

– Давай будем верить, что все получится?

Лицо Золы смягчилось, и она улыбнулась впервые с тех пор, как поднялась на борт. Убрав синтетическое покрытие в ящик, она помедлила, потом подошла к Каю и обняла его. Он закрыл глаза. Невидимая стена рухнула. Ему отчаянно захотелось прижать ее к себе.

– Спасибо, – прошептала Зола, и Кай знал, что она благодарит его не за одежду и запчасти для андроида, а за веру в нее, за доверие, за жертвы, которые еще предстоит принести. Он обнял Золу еще крепче, зарывшись лицом в ее волосы.

Торн кашлянул.

– Не хочется вас прерывать, но время на исходе. Давайте еще раз пройдемся по плану.

Глава 18

Зима позволила служанке причесать себя, и та заплела ей толстую косу, перевитую золотыми и серебряными нитями, а часть волос выпустила свободной волной на плечи. Зима позволила одеть себя в бледно-голубое платье, которое струилось как вода, и надеть на шею нить сверкающих бус. Позволила втереть себе в кожу ароматное масло.

Но больше никакой косметики! Она не дала даже припудрить свои шрамы. Впрочем, служанка и не настаивала.

– Вам это не нужно, Ваше Величество, – сказала она, приседая в реверансе.

Зима знала, что обладает особой красотой, но прежде у нее не было повода ее подчеркивать. Что бы она ни делала, за ней повсюду следовали чужие взгляды, а мачеха злилась и безуспешно пыталась скрывать, что завидует. Но с тех пор, как Ясин признался, что неравнодушен к ней, ей просто не терпелось предстать перед ним в новом наряде.

Ничего особенного она не ждала, просто ей хотелось, чтобы он оценил ее старания. Она понимала: глупо надеяться, что Ясин когда-нибудь пойдет на такое безумство, чтобы открыто выразить свою любовь к ней. Если он вообще ее любит… Нет, она уверена, что любит, должен любить, ведь они столько лет вместе… Но он очень отдалился с тех пор, как поступил на службу в королевскую стражу. Глубокое почтение, которое Ясин оказывал ей теперь, сводило Зиму с ума. Иногда ей хотелось наброситься на него и поцеловать, просто чтобы посмотреть, оттает он или нет.

На самом деле Зима не ждала признания или поцелуя. Она слишком хорошо знала, что об этом не может быть и речи. Все, чего ей хотелось, – увидеть восхищенную улыбку, услышать тихий вздох, поймать взгляд, который придал бы ей сил. Как только служанка ушла, Зима выглянула в коридор, где Ясин стоял на посту.