Отступники

Она была в ярости, сквозь стекло доносились выкрики, Адриан различил слова Кукловод, воздушный шар и какая-то жалкая рыболовная сеть!

Данну он нашел в третьей палате. Она была без сознания. Большие лоскуты униформы были срезаны, в прорехах виднелись обширные ожоги на левой руке и на боку. Рот и нос закрывала маска – видимо, ей обрабатывали легкие специальным эликсиром, удерживающим от трансформации: такое могло случиться, если бы ее мозг в бессознательном состоянии вошел в режим «бей или беги». Однажды Данна рассказывала им, что в детстве с ней частенько бывало такое, когда снились кошмары.

Кошмары.

Какая ирония судьбы.

У Адриана упало сердце. Во время боя у него не было времени остановиться и разглядеть, сильно ли он ее обжег. Сейчас он пришел в ужас и согнулся под гнетом вины за то, что сотворил.

Оскар и Руби тоже были здесь, сидели в углу на скамейке. Руби положила голову Оскару на плечо, и на секунду Адриану показалось, что она спит, но она тут же широко открыла глаза.

– Ах, вот теперь он явился, – заговорил Оскар, вставая. – Парень, где тебя носило?

– Прости, – извинился Адриан совершенно искренне. – Я получил твое сообщение и несся к вам, ребята, но вдруг откуда ни возьмись появился Кукловод, и я начал спасать детей. Их там оказалось больше сотни, приехали на экскурсию. Суматоха, хаос.

Он незаметно потер через рубашку больное плечо, удивляясь, как легко у него получилось соврать. – Но все равно, я должен был быть там, с вами. Мне очень жаль. Что с Данной?

Оскар вздохнул.

– Сильно обгорела в бою.

Данна испустила протяжный стон. Висящий на стене аппарат запищал быстрее, но уже через секунду вернулся к прежнему равномерному ритму. Адриан подошел ближе и, сделав над собой усилие, приподнял один из холодных компрессов, закрывающих ожоги. Это было нелегко – заставить себя подойти и увидеть, какие повреждения он нанес боевому товарищу.

Сильно ли она мучилась от боли? Или сразу потеряла сознание и впала в шок? Опустив компресс на рану, Адриан через рукав потер татуировку с языками огня. Конечно, его рана уже несколько недель как зажила, но он представил на миг, что бы почувствовал, будь это живое пламя, как бы оно жгло ему кожу.

Он повернулся к Оскару и Руби.

– Ее уже осмотрели?

Оскар кивнул.

– Ага.