Отступники

– Мне кажется, ты становишься сильнее, – сказал Адриан. – Полет был увереннее обычного. Я в этом уверен.

– Нет, это не так, – за деловитым тоном Макс умело скрывал разочарование, он мог бы обмануть почти любого.

– Ну… согласись, немного телекинеза все же лучше, чем нисколько, – Адриан потер висок колпачком маркера. – Хочешь, чтобы наверху стояли фигурки членов Совета?

Макс помотал головой.

– У меня остались те, что ты сделал в прошлом году, – он огляделся. – Где-то есть.

Помрачнев, он повернулся и посмотрел на Адриана.

– Кто-то правда пытался убить Капитана?

Адриан замялся, но скрывать от Макса правду не имело смысла. Мальчик был умен и слишком Стражен, себе же на беду. Новости он смотрел намного чаще, чем кино или мультфильмы, и, даже взаперти в своей стеклянной темнице, был, казалось, осведомлен о том, что происходит в мире больше, чем Адриан.

– Да, – ответил он, – Одна преступница по кличке Кошмар.

– Ты уже сражался с ней раньше.

– Не я. У Оскара и других была с ней стычка несколько месяцев назад, а кое-кто из других команд встречался с ней еще раньше.

– Почему она хочет причинить Совету зло?

Адриан начал рисовать на стекле музыкантов из оркестра. Барабанщик и трубач. Целый ряд тромбонов.

– Некоторым нравится, как все было до прихода Отступников к власти.

– Когда все только и делали, что воровали и убивали друг друга?

– Сам не понимаю. Но предполагаю, что люди, которые были тогда у власти, жили совсем неплохо, как думаешь? – Сдвинув брови, он сосредоточенно вырисовывал сложные изгибы французского рожка, но бросил и взамен дал музыканту в руки горн.

– А как по-твоему, этот новый тип, он хочет того же? Снова отдать город преступникам?

– Новый тип?

Макс кивнул на экраны. Адриан проследил за его взглядом, и по спине у него пробежал холодок. В новостях показывали фотографию Стража. Размытый снимок, сделанный снизу, запечатлел его самого, перепрыгивающего с крыши на крышу на высоте в сотню футов. Судя по этому снимку можно было поверить, что он летит.

Качество фотографии было ужасным, но Адриан впервые видел себя в костюме со стороны – жутковато, но приятно.

Нет, он ни под каким видом не мог признаться в том, что это он. Это невозможно. Никто не должен узнать, что Кошмар упущена по его вине. И тем более, что это он ранил Данаиду.

– Не думаю… – Адриан заколебался. – Мы не знаем, злодей ли он. Возможно, он пытался помочь. Он боролся с ней, а на груди у него, говорят, красная буква О.