Отступники. Заклятые враги

Со своего наблюдательного пункта на стуле Нова увидела, что золотые нити, соединявшие двух подростков Отступников с пальцами Уинстона, порвались и растворились в воздухе. Уинстон рассматривал руки, недоуменно сгибая и разгибая пальцы. Темная краска вокруг его глаз начала трескаться. Он прерывисто вздохнул, нижняя челюсть задрожала, изо рта вырвался тихий, тоскливый вой.

– Н-нет, – пробормотал он, заикаясь от ужаса. – Что случилось? Что вы со мной сделали?

Подводка потекла, как черная кровь.

Нова зажала рот рукой.

Это все же был макияж или, по крайней мере, так это выглядело сейчас. Чернильного цвета жидкость стекала по лицу и капала тяжелыми, вязкими каплями. Она смешивалась с румянами, и вскоре все лицо было в черно-красных пятнах. Даже фарфоровая бледность начала выцветать, сползая по краям лица, затекая за ворот полосатой арестантской фуфайки.

Уинстон снова испустил горестный вопль. Все, кто стоял на сцене, разом попятились. Доктор Хоган с отрешенным видом наблюдала за превращением Уинстона.

У всех остальных вид был настороженный, даже испуганный.

Уинстон, трясясь всем телом, не отрывал взгляда от своих скрюченных пальцев. Как хотелось бы знать Нове, что он видел – или не видел. Чувствовал – или не чувствовал.

Вдруг Прэтт зарыдал. Слезы ручьями катились по размалеванным щекам. Отвернувшись, он вытер нос о плечо, оставив на полосатой ткани черно-красные разводы. Когда он снова поднял голову, Нова увидела, что у него больше нет линий и на подбородке. Обнажившаяся кожа была землистой и голубоватой.

Уинстон продолжал плакать, в отчаянии разглядывая свои руки. Наверное – как бы он это ни ощущал, какие бы сигналы ни подавало ему тело, – он уже знал правду.

Уинстон больше не был Одаренным. Он больше не был злодеем. Не был Кукловодом.

И, хотя Нове никогда не был особо симпатичен Уинстон Прэтт, сердце зашлось от острой жалости к нему.

Что с ним теперь будет?

Пока она стояла, погрузившись в раздумья, в зале раздались робкие хлопки. Кто-то их поддержал. А вскоре аплодировал уже весь зал – пока Уинстон Прэтт на сцене заливался слезами.

Эксперимент удался, и все мало-помалу начинали представлять, что это значит. Для Отступников. Для мира.

И для Анархистов.

Для Отступников, имеющих в арсенале такое вещество, полное уничтожение Анархистов будет просто вопросом времени. Отступникам даже не придется идти на сделку с совестью. Они же не будут никого убивать – только лишать суперспособностей.

Зал понемногу успокаивался.