Проклятие

Посмотри на меня.

Злат дважды скользнул по ней глазами, вверх и вниз, прежде чем в его взгляде блеснуло осознание.

– Охота еще не вернулась.

Серильда вздохнула.

– Да, знаю, но здесь и без охотников хватает темных, которые рады будут донести королю, что я носилась по замку в одних панталонах!

Лицо Злата озарила веселая ухмылка.

– Ты могла бы положить начало новой моде.

– Будь серьезнее. – Она стукнула его по плечу.

– Все было бы гораздо проще, если бы ты почаще тренировалась, чтобы… – Он щелкнул пальцами и исчез.

Недовольно закатив глаза, Серильда обернулась, совершенно уверенная, что Злат сразу появится с нею рядом.

Но он не появился.

Хмурясь, она описала круг, огляделась.

Злат не вернулся.

Серильда недовольно хмыкнула.

– Злат!

Никто не ответил.

Всплеснув руками, она фыркнула и сердито уставилась на одного из ближайших богов. Просто так, без причины – не считая того, что кроме богов ей некого было винить в нынешнем затруднительном положении.

На витраже была изображена Сольвильда, богиня неба и моря, дующая на паруса большого корабля, наполняя их ветром. Художник изобразил богиню величественно, как и других – в развевающихся одеждах, цвет которых переходил от малиново-красного к нежно-голубому, как небо на восходе солнца, и в жемчужной короне, ярко выделяющейся на ее темной коже. Однако Серильде казалось, что Сольвильде подошла бы более удобная одежда – просторная рубаха, удобные бриджи да кожаные ремни для ношения всех ее важных вещиц. Компасов, телескопов и тому подобного. Она всегда представляла Сольвильду одетой на пиратский манер.

– Просите, и дано будет вам.

Она обернулась. Злат стоял рядом, со свертком бордового бархата в руках.

Серильда готова была заплакать от облегчения.

– Спасибо.

– Не за что. Я надеялся, что удастся покопаться и в твоем нижнем белье, но там сидели близнецы – уставились на меня, как два совенка. Дети – страшные создания. – И Злат наигранно вздрогнул.

Серильда закатила глаза. Злат вечно притворялся, что дети его пугают, а сам первым бросался к ним, стоило пятерке заскучать. Первым успевал похвалить Анну, когда та демонстрировала умение стоять на руках, первым хватал за руку Гердрут, если девчушка пугалась. Серильда не раз задумывалась, отчего он так ладит с малышами. Ей казалось, это связано с чем-то, спрятанным глубоко в его душе, – со стертой памятью о том, как он заботился о младшей сестричке.