Тайна Ведьминой Рощи

…А и то правда, что не след нам сейчас с тобой часто видеться – что люди подумают? Видано ли: посередь бела дня прямиком к невесте идёшь.

– Знаю я Златушка, всё знаю. Да поговорить надобно.

– Об чём говорить? В вечеру за околицу приходи, только не затемно, там и поговорим.

– Потом поздно будет. Сейчас хочу с тобой говорить.

Яромир напрягся и построжел: любит не любит, а командовать не больно должна!

Злата уловила перемену в настроении Яромира, но сразу виду не подала – ишь, руководить начинает! Ещё не муж, а уже… но самой было приятно, что Яромир может и построжничать, и себя главой их будущего союза показать.

Она нагнула голову, стараясь скрыть довольную улыбку, и уже согласно кивнула:

– Счас. Закончу вот и выйду за околицу. Иди. Приду.

Яромир подтянул потуже пояс на рубахе и вышел со двора.

– Чего приходил-то? – с подойником, полным молока, из низенького хлева вышла мать. – Небось, снова за околицу зовёт? Ох, не ровён час, с кикиморами-то и повстречаетесь.

– Что вы, маменька! Разве ж можно? В вечёр – ни в жисть.

Просил на минутку сейчас вот выйти. Что-то сказать хочет. Важное, небось, коль средь бела дня-то пришёл.

«Вот оно дело молодое неугомонное. Давно ль и я так же к своему Веденеюшке за деревню бегала?» – женщина грустно улыбнулась своим мыслям, а вслух произнесла: – Давай, доченька, ведро. Иди, коль звал. Яромир парень надёжный, с ним и сам… не страшен.

Произнести вслух имя нечистого она по привычке не решилась.

Злата отдала матери пустое ведро, пряча от неё радостно заблестевшие глаза, взметнула юбками сарафана и выбежала за калитку.

«Пусть побегает, пока в девках ходит, – проводила её затуманившимся взглядом мать. – Когда и порадоваться ей жизни-то, как не до замужества?»

Она тяжело вздохнула, предчувствуя скорое расставание со своей единственной дочерью: пойдёт к мужу в дом… из-под крыла материнского упорхнёт. Всё ли сладится там?

«Да нет – всё сладится. Яромир парень ладный, хозяйственный, работящий. И родители его Златушку мою любят как родную.

Бог даст – детишек нарожает, внуками радоваться стану».

Женщина поправила косынку на голове и вошла в хату.

Сразу за околицей деревни, не надо было и в поле идти, начинался небольшой луг. С одной стороны он примыкал к околице деревни, а другой своей стороной сливался с полем, заканчивавшимся небольшим леском и берёзовой рощей. Вот с той стороны, что луг прислонялся к околице, и сидел на брёвнышке Яромир и крутил в руках травинку.