Лунные хроники. Мгновенная карма

В любом случае, Джексон игнорирует ее замечание. Выражение его лица по-прежнему злорадное, без малейшего раскаяния.

Я выдыхаю и, когда Джексон делает шаг к берегу, представляю, как он спотыкается и падает мордой в песок. Я мысленно вижу его дорогущие шмотки, пропитанные соленой водой и грязью.

Я сжимаю кулак.

Джексон делает еще один шаг, и я задерживаю дыхание, в ожидании.

Ничего не происходит. Он не спотыкается. И не падает.

Мои плечи поникают. Я чувствую себя глупо из-за того, что надеялась, хотя бы на секунду, что странные совпадения, произошедшие за последние сутки, как-то связаны со мной.

Каким образом? Каким-то космическим возмездием, дарованным мне мирозданием?

Ага, размечталась.

И все же на меня волной накатывает разочарование.

Как… как эта волна.

Смех дружков Джексона обрывается, когда они тоже замечают ее. Волна, самая высокая из всех, что я когда-либо видела, вырастает за спиной Джексона, поднимая над ним пенистую корону.

При виде ужаса на лицах своих друзей он оборачивается.

Слишком поздно. Волна обрушивается на него, сбивая с ног. Но это не все. Вода бьет его о берег, обдавая брызгами парней, накрывая полотенца и стулья, сметая банки с пивом и унося их за собой.

Вода все прибывает. Направляется прямо ко мне.

У меня отвисает челюсть. Мне даже в голову не приходит сдвинуться с места, я просто смотрю, как волна разбивается. Пена поглощает сама себя. Волна теряет напор и уже не рвется вперед, а медленно подползает.

Кромка воды, покрытая белой пеной, приближается к пальцам моих ног и футляру с гитарой Ари. И на миг замирает, словно в нерешительности, прежде чем отхлынуть и вернуться в море.

Ошеломленная, я провожаю ее взглядом. Подняв голову, я встречаюсь глазами с Ари. Она выглядит такой же озадаченной – может, даже сильнее. Потому что самое странное не то, что вода подошла так близко ко мне и все же не тронула. Куда более странно то, что Ари стояла так близко к Джексону, но волна прошла мимо нее.

На самом деле, несмотря на гигантские размеры волны, она задела только Джексона и его приятелей.

Десять

Моему мозгу требуется время, чтобы осознать, что произошло. Чтобы недоумение медленно рассыпалось и исчезло, а затем перестроилось в нечто почти правдоподобное.

Я разжимаю кулак и сгибаю пальцы, чувствуя каждый сустав. Ладонь горяча. Костяшки пальцев ноют, как после нескольких часов, а не секунд напряжения.