Сердце пламени и тьмы

Давайте похлопаем Санду!

Все дружно хлопали, даже я три раза в ладоши ударила.

Санду от меня наконец-то отстал.

Дальше было проще. Тамиле досталась ласка, чему она была несказанно рада. С тигром и даже с вараном она бы точно не справилась. Тэре досталась водяная лисица, что, как и в прошлый раз, отметил профессор, довольно необычно. Тэру это обрадовало, и она вернулась к остальным.

Так один за другим каждый устанавливал связь со своим зверем, принимая его в себя. Чем это отличалось от обычной связи? Тем, что теперь очень четко ощущалось присутствие кого-то еще в твоей голове и душе.

Мой тигр иногда порыкивал, давая о себе знать, напоминал о себе.

Пришло время Роя. К сожалению, я знала, что ему достанется земляной волк, поэтому позлорадствовать не могла. Но как же радовался жаб! Будто у меня была улитка и волком Роя они утерли мне нос. Я на это не реагировала, продолжая наблюдать за распределением. До тех пор, пока Санду снова не пристал.

– Волк гораздо круче тигра, – шипел он у меня над ухом.

 – Волки умнее, красивее, и…

– Отстань, – закатила глаза.

– Слушай, Санду, – обратилась к нему Тэра, – не знаю, что у тебя за план, но пока выглядит так, будто ты теперь влюбился в Киару.

– Что? Да ни в жизни! – Отскочил от меня, как ошпаренный, жаб.

Я обменялась благодарным взглядом с Тэрой, она лишь хмыкнула и кивнула.

А потом вышел Лион…

Ох, Лион. Если честно, я про него совсем забыла. Была причина. Если Тамила была цветочком, и робела перед всем, то Лион был словно тенью.

Он сидел за мной, никогда ни с кем не разговаривал, не вмешивался ни в какие распри. Он был самым тихим, почти незаметным. Но его всегда хвалили за его трудолюбие и нестандартное мышление.

То, что он был замкнутым в себе и нелюдимым, вовсе не умаляло его богатого внутреннего мира. Просто он не умел сходиться с людьми.

А после сегодняшнего…

Он робко пошел вперед, нервничая гораздо больше, потому что все внимание было приковано к нему. Не все, жаб, к примеру, опять затеял прочитать длинную лекцию Рою на неинтересную никому тему, кто-то тоже отвлекся, стал обсуждать своих звездных зверей.

Но Лион выглядел так, будто вокруг собралась вся Академия.

И вот он вступил в круг. Начнем с того, что профессор пытался активировать символы четыре раза, и тут уж хочешь, не хочешь, но обратишь внимание. Когда стало вполне очевидно, что все происходит не так, как обычно, Лион уже трижды побледнел и покраснел, по вискам его струился пот.