Радужный

Видимо, плесени вкус этих пельменей показался более привлекательным, а расцветка самой плесени получилась достаточно веселой!

Встав над кастрюлей, я задумался, что сделать проще: упаковать всю кастрюлю вместе с «аппетитным блюдом» в пакет и выбросить ее на фиг или все-таки, сдержав содержимое желудка, попробовать ее освободить? Желание выбросить всю кастрюлю было сильным, останавливало только понимание того, что эта кастрюля у меня единственная для варки пельменей и сосисок и потерять подобный инструмент было бы непростительной ошибкой! Пересилив рвотные позывы (благо, как я понял, извергать мне было особенно и нечего, неделя на плодах вычистила мой организм), я набрал воды в кастрюлю и решил все это великолепие вылить в унитаз.

Вывалив содержимое и покарябав ложкой, я попытался спустить воду, тут же параллельно вспомнил, что отключил подачу воды в бачок, дабы она не журчала так противно. Открыв воду, я пошел мыть кастрюлю, все-таки голод давал о себе знать довольно настойчиво.

Я дошлепал до холодильника, открыл дверцу морозильника и с радостью обнаружил полпачки пельменей под названием «Сытные классические». Не открывая сам холодильник, дабы избежать новой волны запахов, я быстро отнес их на кухню и положил на стол. Передо мной встала дилемма: что же все-таки сделать, провести уборку в квартире или постараться избежать этой процедуры? Мысль была трезвая: если я поем, то есть риск вновь остаться голодным, если хотя бы не устранить источники вони, которые за неделю накопились в квартире.

Помыв кастрюлю с остатками чистящего средства, я набрал в нее воды и поставил на плиту. Потом, взяв пустой пакет, набрал в легкие воздуха, открыл холодильник и, стараясь не дышать, собрал все с полок в пакет. Завязав пакет на два узла, я выставил его за дверь. Думаю, соседи какое-то время потерпят запах. Вернувшись в квартиру, я решил открыть все окна. На улице моросил дождик, было достаточно прохладно, и ветерок быстро начал заполнять квартиру свежим осенним воздухом.

Сварив пельмени, я решил поесть их прямо из кастрюли, так как последняя тарелка из моих запасов стояла с непонятного цвета и вида содержимым перед входом в квартиру, ожидая путешествия на помойку. Начав есть, я почувствовал, какой я все-таки голодный, но после первых двух пельменей пришлось остановиться, так как организм отказывался принимать такую грубую пищу и начал процедуру сопротивления.