(Без)ответные чувства

Господи, что она, вообще, несёт? Какое небо? Какие алмазы? Бежать надо! Бежать и спасать сердце! Но женское любопытство, обида и тяга к справедливости удерживали на месте. Голова трещала от невысказанных вопросов и неозвученных чувств.

Почему ты не пришёл тогда, Богдан? Почему сейчас обнимаешь так, словно имеешь право? Неужели из-за случайного столкновения в баре с девушкой в коротком платье ты уже готов её не отпускать, а Машу, будучи в курсе её влюблённости, можешь с лёгкостью продинамить? Что это за помыслы такие? Чем руководствуешься? Неужели только желанием и похотью? Неужели тебе важна лишь физика?

Он вдруг всё-таки сместился вправо, мазнув губами по щеке и остановившись на её губах.

Горячо выдохнул и прижался теснее, смазывая помаду, дразня и выворачивая Машину реальность наизнанку. От этого нехитрого заигрывания током прошибло обоих так, словно они пренебрегли правилам, известным ещё с детства, о том, что нельзя совать пальцы в розетку. Мужская хватка заметно усилилась, а глаза напротив отчётливо потемнели, выдавая его желание с головой. Баженова же каким-то чудом сдержала стон, но прогнулась в спине уже по своей воле вжимаясь грудью в его тело.

Со стороны они, наверное, выглядели как перебравшая алкоголя и решившая устроить любовное шоу на виду у всех окружающих парочка, но ни её, ни Зорина этот смущающий факт не волновал. Его волновали её губы, а Машу его действия и давление ширинки на живот.

– Я покажу тебе что хочешь, в чём хочешь и как хочешь, только доверься и согласись, – почти не разнимая губ, тоном змея-искусителя пробасил он.

А её и искушать-то можно было не стараться. Баженова уже была готова вопреки здравому смыслу на многое, если не на всё. Машинально приоткрыла рот, приглашая. Медленно провела ладонями по бугристым мышцам рук, наслаждаясь ощущениями, которые дарили ей эти прикосновения. Наверное, случись сейчас потоп, землетрясение и появление инопланетян, то она не заметила бы. Потому что мало того, что теряла себя в его объятиях, так ещё и понимала, что невероятно по нему скучала за эти пять с небольшим месяцев, которые они не виделись.

По его обаятельной улыбке, проникновенным взглядам, голосу. Хотелось помимо причин его пропажи узнать и о том, как его дела, как проходят дни, как и с кем провёл Новый год, потому что с шестнадцати лет все праздники, кроме этого года, он отмечал у них дома, если был не занят на работе. Хотелось слушать, смотреть, дышать с ним в такт.