Давай навсегда

– Подождите, получается, что вы были уже знакомы друг с другом до этого вечера? – озвучила мысли, наверное, почти всех людей, сидящих за столом, сеньора.

– Нет, познакомились мы только сегодня. Во время учёбы такой случай нам, к сожалению, не представился, но мы пару раз сталкивались в коридорах и аудиториях университета.

Яся попыталась напрячь память, но это было бессмысленной затеей, потому что университет и, их факультет в частности, был очень большим. В нём обучались студенты со всей страны и некоторых зарубежных стран, и вспомнить всех, с кем она за время учёбы сталкивалась, было просто нереально, а то, что мужчина не учился с ней на одном курсе, девушка была уверена.

– Я учился на пару курсов старше, – будто услышав её мысли, пояснил Андрей. – Поэтому мы пересекались крайне редко, Ярослава.

– Но всё же вы её запомнили? – неожиданно подал голос Карасёв.

Его тон было трудно назвать доброжелательным, но любителя апельсинов это, кажется, ничуть не смутило.

– А разве Ярославу можно не запомнить?

Мужчина бросил на неё тёплый взгляд и она вдруг ощутила, как краска смущения заливает всё лицо. Она – взрослая, самостоятельная женщина, воспитывающая двоих детей, можно сказать, в одиночку, покраснела так, как, наверное, не краснела на первом свидании в семнадцать лет! Что же это такое? Почему он так на неё влияет?!

– Как интересно! – воскликнула сеньора Ривас, переводя взгляд с неё на Давыдова и обратно. – И романтично, не правда ли?!

Яся бы описала эту ситуацию другим словом, но материться на людях было неприлично, поэтому девушка тактично постаралась перевести русло разговора на другую тему, а потом и вовсе под шумок смылась в дамскую комнату.

Ей нужна была передышка. Хотя бы двухминутная. Чтобы немного успокоиться, выбрать новую модель поведения и попытаться, как любила выражаться Ната, поймать дзен. Он, зараза такая, ловиться не желал, сердце в груди трепетало от непонятного волнения и хотелось умыться холодной водой, но вряд ли её тональный крем и пудра выдержит такое испытания. Поэтому пришлось ограничиться мысленной установкой: "Думай только о работе, Яся! Думай только о работе!" и с тяжёлым вздохом попытаться вернуться за стол, но это оказалось сложнее, чем она думала. Потому что в холле ресторана стоял возмутитель её спокойствия собственной персоной и разговаривал с кем-то по телефону, на минуточку, на итальянском.