Не шути со мной, Рыжая

Ну, так как? По рукам?

Аня не успела понять, что именно случилось, но в следующую секунду нападавший, убрав с неё руки, полетел в сторону, а она скатилась по стене на пол, лихорадочно глотая воздух, и надрывно кашляя. Горло, словно огнём опалило, и Лебедева наклонила голову вниз, не обращая внимания на то, как неподалёку от неё происходит какая-то возня и шум, пытаясь вспомнить, как дышать.

Вдох… Выдох… Вдох… Выдох…

Но, не дав ей окончательно прийти в себя, кто-то снова коснулся её волос, убирая их назад, и Лебедева отпрянула, избегая прикосновений, твёрдо для себя решив, что в этот раз она так просто не сдастся.

Даст такой отпор, что всем сволочам, которые решили до неё дотронуться, мало не покажется и они, наконец, поймут своим скудным умом, что лучше Лебедеву Анну Юрьевну не обижать, иначе она сама их обидит!

Вот только вся воинственность испарилась сразу же, как только над ухом послышался знакомый, бархатистый голос:

– Тшш, Рыжая, не бойся.

Это я. Все в порядке. Тебя больше никто не тронет, слышишь меня?

Аня подняла голову и сквозь слезы, застилающие глаза, узнала в расплывающемся пятне Лебедева. Дмитрий лихорадочно оглядывал её лицо, кажется, даже не моргая, и терпеливо ждал, пока она осознает кто перед ней, сжав зубы от злости так, что на скулах играли желваки.

– Аня, – заметив, что она смотрит на него, позвал вполголоса мужчина и осторожно протянул к девушке руку.

Лебедева посмотрела на его ладонь и жалобно всхлипнула, а затем и вовсе зарыдала, упав ему на грудь и уткнувшись носом куда-то в мужскую шею, после того как Дима решительно придвинул Аню к себе и крепко сжал в объятиях.

Следующие несколько минут они так и провели, обнявшись. Лебедев ласково гладил девушку по спине, волосам, кажется, даже целовал в макушку и совершенно не беспокоился о своей дорогущей брендовой рубашке. А Аня же горько плакала, растирая слезы по щекам, хрипло всхлипывала и цеплялась за одежду Дмитрия с такой силой, что вряд ли кто-то бы смог её от него отцепить.

Если бы, конечно, этот смелый «кто-то» нашёлся. Потому что, когда немного успокоившись, Лебедева подняла взгляд к его лицу, то отстранённо для себя заметила, что она впервые видит Диму таким взбешённым. Он таким даже при их первой встрече не выглядел, и если бы она увидела его таким разъяренным в первый раз, то вряд ли бы искала с ним встречи во второй.