Последние звёзды уничтоженного мира

Наконец-то добежав до стойки регистрации, студент назвал себя и направился к палате, где разместили Лолиту. Он с таким рвением добирался до неё, что на секунду затормозил возле двери. Страх заморозил его конечности и сделать шаг было огромным испытанием. Что он узнает, когда окажется по ту сторону? В сознании ли вообще его возлюбленная? Пётр закрыл глаза и схватился за ледяную ручку. С выдохом он открыл дверь и оказался в обычной больничной палате. Хотя, чего он ещё ожидал?

Койка находилась у левой стены. Два стула стояли возле окна и ещё один, на котором сидела мать Лолиты, находился по правую руку пострадавшей.

На прикроватной тумбе стоял букет из розовых камелий. Лепестки этого цветка только начали распускаться, отчего запах в пустом белом помещении играл только сильнее. Женщина, сидевшая к Петру спиной, заметила посетителя только когда он неуверенно поздоровался с ней.

Лолита лежала на койке, как кукла с нездорово-белоснежной кожей. Возле глаз и на переносице выделялись синие пятна. Её всегда розовые, как эти камелии на столе, губы сливались с простынёй.

Если бы Пётр не дотронулся до неё, и не убедился в том, что она тёплая, то мог бы думать, что её кожа холодная.

– Как добрался? – спросила мать Лолиты Мэрит, не поднимая взгляда на него.

– Очень медленно, – ответил Пётр, и сразу перевёл тему, – Что врачи сказали?

– Компрессионный перелом позвоночника в шейном отделе. Есть шанс того, что она не сможет ходить.

Мэрит прервалась и стала облизывать потрескавшиеся губы. В её пустом взгляде была видна безысходность и усталость.

После слов врачей ей не верилось в лучшие исходы. Кайо Эстебан – её муж и отчим Лолиты, тоже был очень впечатлительным и разделял состояние своей супруги.

– Пойду возьму себе стаканчик кофе, – встала женщина, и противный скрип стула заставил Петра скривиться, – Тебе что-нибудь взять?

– Спасибо, не стоит.

Юный мужчина взял стул около окна и поставил напротив места ушедшей женщины. Он был так подавлен собственными мыслями, что не слышал пищащие датчики возле уха.

На месте своей Лолиты он видел себя после каждой аварии. Но он выходил без единой царапины. Как же эти существа, охраняющие людей? Почему они не спасли Лолиту и всех остальных?

«Нам в этом может не повезти так, как ему».

– Если бы ты послушала саму себя, глупая, – шептал Пётр, поглаживая исцарапанную руку девушки, – Но всё будет хорошо. Я знаю, что ты проснёшься, и всё будет так, как раньше. Я отведу тебя в парк аттракционов, как ты и хотела.