Последние звёзды уничтоженного мира

– Добрый день, доктор Павлов, – поприветствовала женщина и встала, грациозно стуча каблуками по полу.

– Добрый, – ответил психолог, поставив портфель рядом со своим рабочим местом, – А вы собственно кто?

– Я тётя Беатрис. Сестра погибшей. Отец Беатрис очень просил, чтобы я посидела на сеансе с ней.

– Я думаю, это лишнее. Такие сеансы не будут иметь эффективности, – сразу отрезал Павлов.

– О, – разочарованно протянула женщина, – Не волнуйтесь, это только один раз. Я просто тоже хотела записаться к вам. Но я не могу сделать это сразу, не узнав специалиста, и не увидев его в деле.

Пётр тяжело вздохнул. «Вот и первый странный клиент», – подумал он и наклонился к уху Беатрис.

– Она будет тебе мешать? – спросил он очень тихо.

Девочка отрицательно покачала головой, отчего её хвостики смешно растрепались. Мужчине всё равно не нравилась эта идея, но раз его юной пациентке это не мешает, то не будет мешать и ему. Он сел напротив Беатрис, и следом за ним села женщина. Психолог кинул кроткий взгляд в её сторону и увидел любопытные округлившиеся глаза.

Первые несколько минут он чувствовал тяжесть этого взгляда, но увлёкшись беседой с кареглазой девчушкой, он забыл о существовании третьего человека в кабинете. Пётр задумался о том, что после сеанса стоит зайти к Лолите. Мыслями он уже был полностью там.

«О чём интересно сейчас думает Лолита?», – его внутренний голос на несколько минут перебивал голоса Беатрис, – «Спит она? Или нет? Надеюсь, что она хорошо себя чувствует».

На последнюю мысль Пётр отреагировал незаметной насмешкой.

Его отвлёк громкий, буквально режущий уши, звук телефона. Брови сами переместились ближе к переносице, когда оказалось, что звонящий телефон принадлежал той самой тёте Беатрис, сидящей в углу. Она подскочила с места и виновато выбежала из кабинета, слегка подгибая ноги в коленях и отвратительно стуча каблуками. Психолог проводил женщину взглядом и про себя отметил, что она не создаёт впечатление серьёзной женщины. Даже лицо глуповатое.

– Ей не нужен психолог, – вдруг тихо, но уверенно произнесла Беатрис.

Павлов это понял сразу. Так как он не понимал настоящей причины её прихода, он спросил:

– Зачем же она пришла с тобой на сеанс?

– Она хочет подлизаться к отцу, – со скрытой агрессией ответила девочка и скрестила руки на груди, – Раньше ей было на меня всё равно, а как только мамы не стало, она только и делает, что покупает мне подарки. Но это не искренне.

«Всё же хорошо было», – вознегодовал Пётр.