Последние звёзды уничтоженного мира

Пока машина трудилась приготовить напиток, он уткнулся взглядом в телефон, но проходящего мимо сотрудника смог заметить боковым взглядом.

– Добрый вечер, или можно сказать утро, – засмеялся он, убирая телефон в карман пиджака, – Была тяжёлая ночка?

– Были тяжёлые два месяца, – не скрывал Пётр, – Я наконец-то смог нормально поспать. Даже побил свой рекорд.

– Эх, – потянулся директор, – была бы у меня возможность выспаться, я бы неделю спал. Тоже побил бы свой рекорд в трое суток.

– Трое суток?! Да, я с вами точно не сравнюсь.

Нильсен посмеялся и забрал свой приготовленный кофе. Он сделал два больших глотка, хотя напиток был безумно горячим. Юный психолог почувствовал, как его собственный язык прожигается несуществующей жидкостью.

– Как там Беатрис? – аппетитно причмокнул мужчина.

– Продвижения есть, но и сложности только прибавляются.

– Так всегда, – согласился директор, – Ты уже видишь финишную прямую, а потом всплывает невидимое препятствие, которое кардинально меняет твой маршрут.

И финиш уже не так близко, как хотелось бы. Зато, когда почувствуешь, как рвётся лента у тебя на поясе, всё станет совсем неважно. Только радость и облегчение, что ты смог проделать такой путь.

Пётр не мог ничего ответить. Возможно, Нильсен был прав. И эти слова относятся не только к его работе, но и ко всему остальному, даже к быту, к любому маленькому делу.

– После сеанса куда?

– В больницу. Лолита проснулась, и я хочу побыть с ней. Думаю, ей нужна поддержка.

– Конечно, ты ей сейчас нужен.

Из-за угла выбежала та женщина, что весь сеанс сидела в кабинете Петра, а за ней вышла Беатрис, волоча по полу свой розовый рюкзак. Отдав зарядное устройство владельцу, женщина попросила номер Петра, а затем радостно выбежала на улицу, потянув за собой племянницу. Нильсен хмыкнул и похлопал по плечу своего сотрудника перед тем, как оставить его в холле.

7

Здание больницы выглядело, как башня, в которой сидит принцесса и ждёт своего рыцаря.

Только вот рыцарь, каким себя представил Пётр, не спешил спасать заточённую. Он остановился рядом с главным входом и долго смотрел на пустые окна. Бывало из них выглядывали медсестра или медбрат, резким движением задёргивая шторы.

Павлов щёлкал пальцами, смотрел на экран смартфона, чтобы узнать сколько времени он уже торчит здесь, но всё время забывал обратить внимание на четыре цифры во весь экран. Мозг был занят совсем не этим.