Последние звёзды уничтоженного мира

Но как можно ждать неизвестно чего сейчас? Ждать дня, когда Лолита заснёт и больше никогда не проснётся? Ждать, пока лекарство будет течь по её тонким венам? Ждать, зная, что ты мог бы всё изменить?

Солёные капли стекали по мраморному лицу безразличной на вид статуи. Мужчина чувствовал взгляд девушки на койке, но не мог повернуться к ней. Боялся, что скажет что-то не то, не сдержится, закричит, в истерике начнёт бить стены, разбросает молодые цветы и станет беспощадно топтать их лепестки, выжимая из них последние соки.

– Зачем всё это? – спросил сам себя Пётр, но Лолита не услышала этого.

Зубы заскрипели. Вены вздулись на висках. Руки сами сжались в кулаках. Пётр сорвался с места и схватил портфель. По дороге он хотел закричать во всё горло, как тем ранним утром до встречи с Габриэлем, но рассудок ещё не покинул его.

– Не уходи! – вдруг испугалась парализованная девушка внезапной перемене настроения Петра, – Не оставляй меня одну!

Он остановился возле двери.

Одна часть Петра хотела остаться здесь с ней, но вторая понимала, что ему необходимо подумать наедине. Этот разговор вывел его из колеи и нужно было вернуть себе управление, чтобы не слететь вниз с обрыва. Он послушал второй голос и вышел из палаты, не взглянув на Лолиту.

Ноги сами несли его в сторону бара. В самый центр, где, как всегда, будет огромное количество людей, среди которых можно затеряться. По дороге туда мужчину чуть не сбила кучка велосипедистов.

Они кричали что-то в его сторону, находясь уже за его спиной, но он даже не заметил этого.

«Я приняла важное решение, Пётр. И я надеюсь, что ты меня поддержишь или хотя бы поймёшь».

Слова Лолиты крутились в голове. Её спокойный голос сводил с ума, как и её пустой взгляд в этот момент. Два прекрасных иолита, которые раньше дарили тепло, теперь сожгли Петра заживо, не успел он опомниться.

«Я собираюсь подписать документы на эвтаназию, – она тогда замялась, потому что физически подписывать будет не она, а юрист, – В лечении нет смысла».

«Уже ни в чём нет смысла», – мгновенно ответил Пётр Лолите из прошлого.

– Эй! Мужчина!

Кто-то одёрнул его за рукав пиджака, и он сделал огромный шаг назад. Настолько сильным был окликавший его.

– Ты хоть смотри куда идёшь! Это проезжая часть, – голос принадлежал мужчине в его возрасте, стоящему с маленьким мальчиком, глаза которого буквально вылетали из орбит.