Искатель

Я отказалась, потому что не хотела оставлять свою семью. Раз в неделю мы с Веней спускались в город, продавали на рынке травы и снадобья и навещали моих родителей. Они всегда нам были рады и каждый раз уговаривали остаться. Но я всегда торопилась домой, к Златогору.

И вот однажды, когда я уже носила Есю, мы пришли к ним в гости и застали мою мать в слезах. Она сказала, что отца поразила какая-то неизвестная хворь. Лекарь был бессилен. Я бросилась к отцу: он лежал на кровати весь бледный, с перекошенным лицом.

Но меня тогда до глубины души поразили его глаза: они стали необыкновенно большими и в них было столько мольбы! Я не могла это вынести и взялась за его леченье. Дело в том, что с тех пор, как мы поселились Ведьминой Поляне (так называется это место), я, как и остальные здешние жители, занимаюсь травами. Тут было у кого учится, я узнала много тонкостей и вскоре уже сама стала делать свои особые сборы. Поэтому я верила, что смогу вылечить отца. День за днем я проводила возле его кровати, пытаясь поднят его на ноги. Состояние отца не улучшалось, и я, в отчаянье, вкладывала все свои силы в каждую каплю снадобья, которое готовила для него.

Однажды, когда роды были уже близко, у меня вдруг сильно закружилась голова, и я села возле кровати перевести дух. Ко мне тихо подошел Веня, который все это время сидел в углу комнаты. Я подняла глаза и увидела, что он плачет.

– Мамочка, – тихо сказал он, – пожалуйста, не умирай…

– Что ты сынок, – удивилась я, – разве я умираю? Это дедушка болеет, а я его лечу.

Но он обнял меня и заплакал еще больше:

– Не умирай, мамочка, – твердил он. Я хотела что-то сказать, но поняла, что теряю сознание.

Когда я пришла в себя, то увидела держащего меня за руку Златогора. Он был очень грустным, но улыбался. Ни слова не говоря, он поднял меня на руки и вынес на улицу.

– Батенька, мы пойдем домой? – услышала я робкий голос Вени.

– Да, сынок, – успела я услышать и снова почувствовала, что сознание меня покидает.

Я очнулась снова уже здесь.

Рядом сидел Веня и осторожно гладил меня по плечу. Я хотела улыбнуться, сказать ему что-то ласковое, но не могла. Я поняла, что силы покинули меня. Я чувствовала полное истощение.

Златогор выхаживал меня с неделю, пытаясь вернуть мне силы. Потом начались роды. Я не была готова и, если бы не он, действительно бы умерла. Но я выжила, и Еся тоже, но мы были обессилены. У меня не было молока, да и Есенька не просила: она почти все время спала.