Искатель

Она была предельно внимательна и заботлива. Молодой хозяйке дома очень хотелось поговорить о Есеньке, но любой, даже самый отдаленный намек на это сразу пресекался какой-нибудь резкой фразой Златогора.

Мир же был совершенно спокоен и, нисколько не смущенный суровостью хозяина, стал рассказывать разные веселые, грустные и просто интересные истории, которые случались с ним на пути.

Когда он заговорил о своей недавней встрече с Предсказателем, Златогор вдруг перестал есть и внимательно поглядел на Мира.

– Ты ведь шутишь, да? Встреча с Предсказателем – большая редкость. А ты вот так просто его отпустил? Это все равно, как если бы мне попался большущий самородок, а я отбросил бы его как кусок обычной серой скалы.

– Только наша жадность и себялюбие заставляет нас думать, что этот самородок природа уготовила именно нам, – выпалил Мир, сам удивленный своей новой мыслью. – Да, я думал, что встреча с Предсказателем многое прояснит, вопросы получат ответы. Сначала мне казалось, что он лишь посмеялся надо мной.

Но теперь я начинаю понимать, что Предсказатель дал мне отнюдь не так мало.

Ясенька довольно улыбнулась. Ей очень нравилось, что говорил Мир и она почему-то чувствовала за него какую-то гордость. Поймав ее восторженный взгляд, искатель смутился.

Златогор же стал с интересом расспрашивать о подробностях встречи Мира с Предсказателем. Суровость его сменилась какой-то глубокой грустью.

Вдруг Мир встал, поблагодарил хозяйку и Ясеньку за вкусный ужин, после чего предложил Златогора пройтись и посмотреть его работу.

Они молча вышли и направились к забору.

– Чудной ты какой-то, – задумчиво проговорил Златогор, опершись на забор и глядя на красную полосу заката. – Конечно, все мы в какой-то степени искатели. Я вот руду ищу, камни. Но ведь я увижу рубин, например, и пойму – нашел. А твой поиск может длиться бесконечно…

– Ты счастлив? – вдруг перебил его Мир.

– Конечно. Я очень люблю свою семью, – Златогор задумался.

 – И когда я целый день тружусь в проклятой пещере, только эта любовь заставляет меня не выть от чувства обреченности, – он немного помолчал, глядя куда-то в сторону. – Тебе не понять – каково это. Я тружусь всю жизнь, но глядя в будущее, я вижу снова темную сырую пещеру… Хотя что это я, – спохватился он, досадуя на себя за то, что начал жаловаться, – ведь моя семья – это достойное вознаграждение и за самый тяжелый труд!

Златогор был зол на себя.