Клыки тьмы. Легенды. Теневой кролик

Глухо застонав, Даниэль с трудом заставил голосовые связки работать.

– Умоляю, прости меня, – всё также тихо повторил он. По-другому уже не получалось, не хватало сил даже на то, чтобы пошевелиться. – Я поступил ужасно. И наговорил много всего лишнего. Мне не стоило делать этого.

Майкл немного наклонил голову и смотрел на него так словно разглядывал произведение искусства.

– Ты это говоришь только потому, что хочешь мою еду и воду, – улыбнулся сероглазый мучитель, доставая из-за спины очередную синюю пластиковую бутылку, только на этот раз воды там было всего ничего.

Слёзы снова защипали в глазах. Но из-за обезвоживания организма их практически не было. Дэн выдал неконтролируемый всхлип пересохшим горлом.

– Пожалуйста, прости меня, – вновь повторил он, – дай мне воды и еды. Я больше не могу…

Черноволосый мужчина с ухмылкой смотрел на него несколько мучительных секунд.

– Я подумаю, – оскалился Майкл, поднимаясь с места.

Райвен в отчаянии закрыл глаза, уткнувшись лицом в подушку. Хотелось рыдать в голос, разнести тут всё и кричать изо всех сил. Но всё, на что хватало его энергии – только лежать и не двигаться.

– Не уходи, пожалуйста, – прошептал парень, понимая, что никто его не услышит, – не оставляй меня здесь…

Обессиленный, он уже не мог сопротивляться тяжёлой, как камень, усталости, вновь потеряв сознание.

Странная сила резко выдернула его из забытья. Даниэль вскочил с места, словно что-то его тянуло. Но ослабевшие ноги тут же подкосились, как только он попытался встать. Дэн скрючился из-за жутких спазмов в животе, последовавших сразу после небольшого падения.

«Что происходит?»

Вновь расслабившись, Райвен обреченно остался лежать на подушках. Взглянув перед собой, он снова заметил Майкла. Но директор уже не зашел внутрь чёрно-белого строения – стоял снаружи, в светлой кремовой комнате, откуда обычно изливался свет.

– Птенцу пора покинуть гнездо, не думаешь? – с улыбкой проворковал Радоу, качая какую-то веревку в руках.

Не сразу поняв, что это, Дэн вглядывался в длинный блестящий кабель, тянущийся прямо к нему. Пройдясь по предмету взглядом, он понял, что это была не верёвка и даже не трос. Это была та самая цепь, на которую его приковали.