Маленькие шаги Марии

Я ощущаю себя морской волной, ударяющейся о берег… Так чувственно и нежно. Во мне играет музыка Шопена.

«Дима и Маша, пора возвращаться. Мы вас обыскались уже, шифровщики», – в один голос кричат нам ребята. А мы стоим посреди поля и с легкой грустью понимаем, что надо ехать домой.

Первыми на мопеде едут Серега с Надей, а мы замыкаем наш кортеж.

Ветер играет моими волосами, я напеваю песню «Гостей из будущего» «Ты где-то». А затем все происходит как в замедленной съемке.

Серега начинает гнать.

Вдруг прямо перед ним на дорогу выскакивает кабан. Серега не справляется с управлением и на скорости врезается в столб. Надя взлетает, переворачивается и падает на землю. Мы подбегает к ним. Серега уже не дышит. Надя пытается что-то сказать. Я судорожно начинаю нажимать на кнопки телефона и вызывать скорую. Ира бежит по полю и кричит: «Помогите».

Я беру руку Нади и прошу: «Потерпи, милая, все хорошо, врачи уже едут. Они спасут тебя. Ты молодец, держись».

Этими словами я пытаюсь успокоить себя.

Надя смотрит с отчаянием и надеждой, а затем начинает хрипеть, и из ее рта идет кровь. Потом ее пальцы разжимаются, она больше не дышит, глаза стекленеют. Вот и все, конец. За что? За что? Жизнь так несправедлива… Почему именно Надя? За что?

Надя лежит в гробу. На ней платье невесты. «От того, что человек умер, его нельзя перестать любить, черт побери, особенно если он был лучше всех живых, понимаешь?» Эти слова Сэлинджера я прочла несколько дней назад. Сейчас я чувствую именно это.

Надя была центром нашей компании. Веселая, чуткая, добрая. Почему так рано? Сколько рассветов и закатов она могла бы увидеть, а ее мечта стать ветеринаром и спасать животных так и не сбудется. Почему именно она? Почему не я лежу здесь? Есть ли в этом смысл? Что хочет Бог сказать нам. Миллион вопросов ко Вселенной и ни одного ответа…

Я не забуду лучезарные глаза Нади никогда. Они часто будут мне сниться… После похорон с Ирой и Димой мы не виделись, наши дороги разошлись.

– Девочки, таблетки.

Идем пить таблетки, – кричат медсестры.

«Как же я хочу домой», – думаю я.

Раз в три дня мы встречаемся с доктором И.К. в его кабинете, я много рисую и говорю. Спустя месяц мне наконец-то подобрали нужные лекарства, но я ужасно потолстела – больничный образ жизни изменил меня внешне сильно. Мне трудно ходить – теперь я хромаю, пропала пластичность и грация.

Спустя месяц приехали Артур, мама и папа. Увидев взгляд Артура, я все поняла без слов.