Блуждаем среди звезд

За ней шла сразу 70-я: 69-й не было на площадке. На месте, где должна была быть дверь, виднелись лишь забетонированная пустота и черная вмятина. И не покидало ощущение, что этой квартиры никогда и не было.

Дверь в родную квартиру была открыта. У порога встречал большой лабрадор, полный энергии и радости видеть своих хозяев. Он обтерся об ноги матери, выпросил кусочек лакомства из магазина.

– Какой нетерпеливый, Джим! – с улыбкой гладила пса женщина.

«Джим», – мелькало имя у Тимофея в голове. Память выдавала только картинку того, как они вместе бегут по свежей влажной траве, а пес вырывается из поводка, машет хвостом и просит сыграть в догонялки.

А после игры смахивает с себя всю утреннюю росу на любимого хозяина.

– Привет, Джим, – неуверенно теперь произносил новый Тимофей.

Взгляд пса обратился к мальчику. Они заискрились. Но щенячий писк, уныние, непонимание сменились гневом и тревогой. Зрачки сузились, наполнились словно пламенем. Джим занял позицию хищника, громко залаял. Тимофей прижался к двери и пытался нащупать за спиной ее ручку.

Но пес подошел слишком близко.

– Стой, Джим! Стой! – схватила его за шею мать Тимофея. – Что на тебя нашло? Это наш Тимушка, твой друг.

Она с долей нервов стала быстро гладить собаке голову, шею и чесать за ушком в надежде, что это его успокоит. И действительно, вскоре пес прекратил рычать. Но злобный взгляд и подозрение Джима на некогда своего лучшего друга не пропадали весь вечер. И Тимофею казалось, что добрая щенячья улыбка преобразовалась в львиную пасть с острыми зубами.

– Все в порядке, Тимофей? – побеспокоилась за ужином мать. – Ты о чем-то задумался, ничего не ешь. А ведь какие чудные котлетки в сухарях у меня получились! Объеденье! Сама не нарадуюсь. Что ж ты не пробуешь?

– Я не хочу есть, – неуверенно произнес Тимофей.

– Говори четче и внятнее! – тявкнул отец, лицо которого было полностью закрыто газетой.

За весь ужин Т. ни разу не увидел его выражения лица. В памяти вместо улыбки или отцовской хмурости лишь возникали поочередно образы последней новостной строки, фотографии людей, кричащих у стойки, иллюстрации трудяг субботника, но чаще всего картинка лупоглазого щенка с объявлением: «Ищу хозяина!».

Как жалко и одновременно отвратительно было ему смотреть на это. Так хотелось пожалеть, приласкать этого, уже старого, пса, пережившего столько мучений, но в то же время желание убежать быстрее, чем зубы собаки доберутся до твоего тела, было гораздо сильнее.