Косатка

Глаза наполнились слезами. Эх, жаль, очки безнадежно пропали! Почти вслепую Дерек поравнялся с соперниками.

Здесь он уже слышал комментаторов на трибунах, крики болельщиков, значит финиш близко. Вода попала Дереку в рот, он закашлялся, с трудом справляясь с волной, которая шла от других катеров.

Один гонщик пристраивался к борту катера Дерека. Снова попытаются сбросить? Вскоре и этот катер остался позади. Последние сотни метров Дерек сплевывал кровью – подскочило давление от набранной скорости, но он значительно оторвался вперед.

Здесь уже не слышно было ругани соперников, волны успокоились, несли его катер плавно просто с космической скоростью.

Дерек не чувствовал давления в голове, боли в ногах и пальцах от перенапряжения. На чистом адреналине он слышал только размеренное урчание своей любимицы. Они словно слились в единое целое. Наконец-то только он и она.

– Косатка! – крикнул Дерек, пересекая финишную ленту, и в его теле разлилась теплая влага, в глазах рассыпались тысячи звезд, все конечности приятно покалывало от восторга.

Замедляясь, он загребал занемевшими пальцами пенистую лазурную воду, устало свесил ноги за борт в воду.

Крики болельщиков звучали отсюда, как рев стада обезумевших бабуинов. Дерек снова сел, набрал скорость. Издал звук, полный почти физической боли. На полном ходу выбросился из катера в воду и быстро поплыл.

Раздался ужасающий хлопок, затем грохот. К удовольствию многочисленных репортеров катер взорвался на глазах у зрителей.

Дерек плыл к берегу, ища воспаленными от соли и воды глазами Уду. Вот он! Бежит к нему. Он помог Дереку выбраться на песок.

– Дерек, надо убираться отсюда! Иначе тебя разорвут! Идем, заберем деньги и сваливаем! – крикнул Уду ему в ухо.

Глава 8.

21 июня, Хихон

Силия мыла белые тарелки с синим узором, вытирала насухо полотенцем, собирала в стопку на столе. Со вчерашнего дня она не произнесла ни слова. Мать подошла к ней, и принялась складывать сухие тарелки в буфет.

– Дочка, у тебя темные круги под глазами, ты не спала ночью?

Силия покачала головой, поджав губы и, не глядя на мать.

– Я тебя понимаю, милая, – мать погладила ее по спине. – Тебе восемнадцать. В твоем возрасте я уже родила Раиля, хотя еще сама была ребенком в душе. Но наше тело не обманешь, оно жаждет познать загадки человеческой природы, еще неведомые тебе. Под игрой страсти можно наделать немало глупостей. Свою жажду ты утолишь со своим мужем.