Паутина

– Я знала его с детства. Его уважали в Брайтоне.

– Это хорошо, мисс Свон, но мистера Уорбертона нет в живых… Но он кое-что обговорил со мной насчет вас.

– Меня?

– Да, мистер Уорбертон отставил вам по завещанию свой дом и свой капитал, дом в Брайтоне и антиквариат, в основном старинный фарфор, часы, мебель, и фамильную библиотеку. Все вместе это – 44 миллиона фунтов. Но дом стоит больше. 50 или 60 миллионов фунтов. Я не уверен в точной сумме наследства. Когда мистера Уорбертона убили, бiло не до оценщиков и историков.

А этот дом имеет историческую ценность.

– А он как-то объяснил причину, по которой он все имущество оставил мне?

– Да, мисс. У него никого не было из родственников на момент смерти, кроме брата, он богатый человек, Джон редко с ним встречался. Детей у Джона нет. Была, правда, дочь Лизбет, то она умерла рано, а потом он удочерил Нами, сироту из приюта, когда ей было шесть лет. Когда ей было 12 лет, она пропала без вести. Ее уже давно перестали искать.

Должно быть, ее тоже нет в живых. Мистер Уорбертон сказал: «Деньги не бывают лишними, особенно для молодой женщины. Пусть Джиллиан Свон получит капитал, и распоряжается им, как ей самой будет нужно».

– А где сейчас брат мистера Уорбертона?

– Далеко, в северной Шотландии. У него ферма, где он ведет хозяйство. Не волнуйтесь, мисс, полиция сообщила ему о смерти и он наверняка уже едет на похороны.

– А сколько лет брату мистера Уорбертона?

– Он одного возраста с покойным Уорбертоном.

53 года.

– Как его зовут?

– Рональд.

– Можно посмотреть его фото?

– Да, конечно. Вот, смотрите. – дворецкий открыл кожаный тяжелый фотоальбом. – он показал ей фото в самом начале альбома. – Это Рональд. Здесь он и Джон – студенты Лондонского университета Джексона.

Рональд и Джон внешне почти не отличались друг от друга. Настоящие близнецы!

Но по фотографии было заметна разница между двумя братьями. Джон стоял на фотографии слева от брата.

Спокойное, немного холодное лицо. А у Рональда на лице была улыбка, и глаза светились весельем. Рон явно был добрее и более открытым, чем Джон. Эту разницу замечал и Питер Вудворд, и не раз говорил, что мистер Джонни (так Джона называли в детстве) – как каменная статуя. Мать Джона и сама знала об этом, но любила обоих, хотя понимала, что от ее Джона не дождешься ни сочувствия, ни настоящей любви.

– Можно мне посмотреть семейный альбом?

– Конечно.