Сердца не покоряют силой

– Делааа… – протянул Рассэл, сочувственно вздыхая.

– Нужно просто поставить её на место! – закатила глаза Лис, настроенная более чем радикально.

Она приходилась Эртану и Аркасту родной сестрой, и ничто так не задевало её за живое, как дела братьев. Если милая Лис и была способна стать гневной гарпией – то только в тех ситуациях, где задевали интересы её семьи. И она однозначно уже записала ниийскую принцессу в должники.

– Лис. – Неожиданно сурово пресёк её мстительные планы Эртан. – Давай я сам разберусь, ладно?

Закатив глаза к потолку ещё раз, девушка согласилась, про себя подумав, что выдрать принцесске все волосы всегда успеется.

Рэми, к счастью, об угрозе своей шевелюре не подозревала: она и впрямь занялась почтовыми делами. Следовало написать домашним и заверить их, что она прекрасно устроилась – как именно «прекрасно» можно устроиться в городишке с пятитысячным населением, отсутствием дворца и совершенно неподобающим её положению размером свиты, было прописано на пяти листах, мелким убористым почерком.

Если же говорить откровенно, то Мариан принцессе скорее понравился, и она была в восторге и от его природы, и от такой уютной и зелёной столицы, и особенно – от вольной, не обременённой этикетом жизни. Но признаваться в подобных глупостях Рэми, конечно, не собиралась! Пусть страдают, представляя, как ей отчаянно плохо в этом краю дикарей и отсутствующих удобств!

Собрав письма от своих дам – гувернантка писала сестре, а Алиссия выдала целый ворох конвертов, видимо, отрапортовавшись чуть ли ни всем знакомым, – принцесса передала корреспонденцию пожилому слуге из холла.

После этого оставалось лишь приготовиться к обеду. Охотно верилось, что с поддержкой такой многочисленной толпы недовольных ею А-Ларресов вопрос отмены её брака решится в кратчайшие сроки.

Глава восьмая

Перед обедом в курительной собрались трое братьев. Что характерно, никто из них не курил. Младших А-Ларресов вообще было справедливо причислить к вымирающему виду «приличных мальчиков из хорошей семьи» – из вредных привычек у них методично прослеживалась разве что фамильная дурость, ввиду которой они зачастую сперва действовали, а  потом уж думали.