В поисках солнца

Илмарт подобрался совсем близко: достаточно, чтобы услышать, как девушка требует у Дерека обязательно явиться завтра на обед, чтобы отпробовать то варенье, которое она собирается варить.

– Варенье на обед? – веселился в ответ Дерек. – Звучит слишком соблазнительно, чтобы отказаться!

Хотя, вроде бы, он и не сказал никакой шутки, оба они рассмеялись, после чего, наконец, начали прощаться. С этим у них тоже не заладилось, как и всегда: уже вроде бы начав произносить слова прощания, один из них вспоминал что-то недоговоренное и снова заводил разговор.

Илмарт то краснел, то бледнел, и, определённо, всё больше зверел. Вконец доконало его, видимо, то, что в попытках всё-таки попрощаться парочка умудрилась обняться аж трижды! Наконец, Лэнь забрала у Дерека корзинку со своими фруктами и упорхнула к себе, а тот развернулся, чтобы отправиться в пригород, и встретился взглядом с Илмартом.

– Капитан? – вежливо приподнял брови Дерек, понимая, что что-то опять идёт не так.

– Анодар, – пусть и сквозь зубы, но поприветствовал его Илмарт, складывая руки на груди и облокачиваясь спиной на стену здания, в тени которого стоял.

Видя, что собеседник вроде как сердит, Дерек приподнял брови более выразительно, предлагая объясниться, но в ответ получил только мрачный давящий взгляд – который, впрочем, не сильно его пронял, потому что пусть чуточку, но не дотягивал до фирменного взгляда грозного владыки Ньона.

Пожав плечами – ну нет так нет! – Дерек кивнул в знак прощания и отправился своей дорогой – к мосту. Правда, вместо главной улицы, соединяющей площадь жандармерии с пожарной площадью, он отдал предпочтение живописным переулкам. Ему нравились сады зажиточных граждан, и крюк в десять минут, на его вкус, того стоил.

В этот раз, впрочем, полюбоваться окрестностями не вышло. Ощущение давящего взгляда в спину не покидало Дерека, и, поскольку был он человеком всё же умным и быстро соображающим, два и два в его уме сложились достаточно быстро: в следующем переулке.

«Да быть не может!» – аж встал он на месте, сообразив, что причиной столь яркой неприязни к нему является банальная ревность.

«Но я же!..» – возразил он сам в себе, полагая в этом случае ревность совершенно абсурдной, ведь, как он искренне считал, между ним и Лэнь существуют лишь тёплые дружеские отношения.