В поисках солнца

Но прямой контактный бой оказался ему не по зубам – он никак не мог отделаться от мысли, что перед ним женщина, и ей нельзя причинять боль. Несмотря на очевидную сноровку и неплохо прокаченные мышцы – Олив была лучницей, и её плечевой пояс был прекрасно развит, – она казалась ему слишком хрупкой и уязвимой, и он не мог заставить себя прикоснуться к ней иначе, чем с осторожной опаской. В итоге дело закончилось тем, что Олив дважды выкрутила ему руку и один раз повалила подсечкой, после чего обиженно заявила, что он поддаётся.

Райтэн развёл руками и заявил, что драться с женщинами – явно за пределами его кодекса чести.

– В Мариане, – хмыкнул на это Илмарт, – либо ты дерёшься с женщиной, либо ты труп.

– Хвала Великому Пламени, что мы не в Мариане! – передёрнуло Райтэна.

– Аминь, – степенно подтвердил Илмарт.

За всеми этими делами к броду они подошли незаметно для себя – точнее, конечно, не к самому броду, а к деревне перед ним, где Олив запланировала ночлег.

Пока её спутники устраивались и ужинали, она успела опросить знакомых и узнать, что с бродом всё в порядке и никаких особых препятствий для его преодоления нет. С этой радостной новостью она и явилась ужинать, назначив переход на следующее утро.

Илмарт тут же закопался в свои заметки – завтрашнее предприятие его ни капли не страшило, поскольку ему в его жизни доводилось форсировать огромное количество ручьёв и рек. Дерек тоже был довольно беззаботен, хотя ему ничего подобного раньше делать не доводилось.

Но у него в жизни и вообще всё всегда было просто и однозначно: поставлена цель – прём вперёд! Что нужно преодолеть на этом пути к цели, его никогда особо не волновало, потому что большую часть жизни у него не было выбора, идти или нет. Если цель поставлена – цель должна быть достигнута, а проблемы следует решать по мере их поступления.

Райтэн единственный был крайне недоволен перспективами: ему не хотелось лезть в воду. Казалось бы, чего тут опасаться-то, после болота! Но вопрос о том, форсируют ли брод в сапогах или всё-таки делают это босиком, его до некоторой степени волновал.

С одной стороны, логическое мышление подсказывало, что босиком это делать сподручнее, чтобы не замочить сапоги, но, поскольку он никогда ничем подобным не занимался, то, с другой стороны, предполагал, что в деле могут обнаружиться какие-то подводные камни – в том числе и в прямом смысле слова.