Бриллиантовый взрыв

Чертыхнувшись, он потянулся было к мобильнику, чтобы проконтролировать, как без него в отделе идут дела, и тут же передумал, даже собрался отключить звонок, но тоже передумал, хотя опасался, что секретарша Леночка вздумает приставать к нему по пустякам, была у нее такая привычка. Обычно Михаил Иванович все ей прощал за ее женские прелести, иногда они очень даже скрашивали ему досуг, однако сегодня он строго-настрого запретил его беспокоить – ни в коем случае! Может и он позволить себе хоть один спокойный вечер в неделю?!

Перед уходом из отдела Галемба дал секретарше задание – обойти множество кабинетов и собрать необходимые подписи под документами, требующимися для суда.

Такого рода занятие он считал ненужной и тормозящей работу бюрократией, но Леночка придерживалась другого мнения. Она, конечно, для вида состроила кислую мину, хотя он-то знал, что хождение по кабинетам было для нее любимым развлечением – в одной комнате сидит подружка, в другой ухажер, в третьей еще одна подружка, и можно с каждой поболтать, узнать последние новости, ну и, разумеется, рассказать свои, причем самое приятное в этом было то, что можно никуда не спешить – ее же послали по важному делу!

На кухне еле слышно позвякивала посудой жена, вымуштрованная боевая подруга жизни, и в комнату уже проникал аромат ее фирменного жаркого из индейки.

Михаил Иванович довольно втянул носом воздух, приправленный чесночком с укропчиком, и устроился поудобнее, искренне надеясь, что преступники в такую непогоду отложат свои криминальные подвиги до завтра.

Наконец, появились гроссмейстеры, угрюмо пожали друг другу руки, поднялись на помост и уселись за стол, на котором в боевой готовности выстроились ряды фигур. Оба шахматиста, вышедшие в финал, были ему незнакомы, поэтому ни за кого из них конкретно он не болел, а собирался просто насладиться схваткой.

По команде судьи белые сделали первый ход, и секундомер заработал.

– Пешка Е2-Е4, – возбужденно объявил комментатор и крупным планом показали часы с двумя циферблатами.

Игроки неотрывно смотрели на доску, потирали подбородки, время уже выходило. Вот черные собрались сделать ответный ход, и только Михаил Иванович прибавил звук, чтобы ничего не пропустить, как его мобильник завибрировал.

– Ну что ты поделаешь, не дадут и часу отдохнуть, кровососы, – усмехнулся он с досадой, надеясь, что надолго у звонившего терпения не хватит. Если по работе, так сами разберутся, если же не по делу, то его вообще нет дома.