Бриллиантовый взрыв

Неужели этот кошмар будет преследовать ее всю оставшуюся жизнь?!

Анна зажмурилась и почувствовала, что холод сделал свое дело – вывел ее из оцепенения, привел в чувство, и мысли вновь заметались в голове.

Господи, помоги мне, взмолилась она, лихорадочно озираясь в поисках спасения, но, увы, кругом был только ненавистный лес и темнота.

Как будто откликнувшись на ее мысли, налетел сильный порыв ветра, и ветки деревьев угрожающе зашевелились, словно собираясь наброситься и расправиться с ней.

– Что же делать? – еле прошептала она онемевшими губами. – Что же мне делать?

Весь мир в эти минуты сжался для нее до размеров этого небольшого лесопарка. Ноги затекли, и опираться на окоченевшие колени становилось все труднее. Если она просидит вот так еще хоть немного, то потом вообще не сможет подняться. Отчаянно хотелось сменить позу, но как только она привстала и чуть сдвинулась, под ногами предательски хрустнула еловая шишка.

Шаги преследователя стихли. Анна затаила дыхание…

Через мгновение снег снова заскрипел под его ногами – теперь он направлялся прямо к ней, и она уже различала его силуэт между деревьями.

– Анна! Мы просто поговорим!

Она вскочила и побежала, сшибая кусты и уже не обращая внимания на хлещущие по лицу ветки. Кровь пульсировала в висках, дыхание со свистом вырывалось из груди. Она старалась изо всех сил, но продвигалась медленно – сугробы становились все выше, и ноги проваливались в них уже по колено, земля под снегом была неровной, то бугры, то впадины.

Несмотря на густой сумрак, человек из «Мерседеса» не отставал, ориентируясь на звук ее шагов. Сил у него было больше, и двигался он быстрее, проворнее. Если бы ему не мешали порывы ветра, раскачивающие кусты и деревья, он давно бы догнал ее.

– Анна, вам же будет лучше! – слышалось за спиной уже совсем рядом. – Остановитесь!

Она хотела закричать, позвать на помощь, но сдержала себя – вокруг все равно никого, откуда здесь взяться людям ночью, а ее крик может только помочь преследователю.

В панике Анна бежала, не разбирая куда, с ужасом сознавая, что окончательно потеряла ориентацию. Она не могла даже сообразить, в какой стороне находится спасительная дорога.

Лес был совсем небольшой, и раньше ей казалось, что это и не лес вовсе, а просто парк, такой он был ухоженный, обустроенный.