Гадание по оригами

– Но ты ведь и пришла ко мне как пациентка.

– Нет, я пришла как… как к другу.

– Вот и расскажи как другу, – в голосе Дениса послышались нотки то ли грусти, то ли обиды.

Каролина молчала.

– Тогда я сам. Значит, заперлась в четырёх стенах и искала забвения в бутылке? Не спорь, у тебя на лице всё написано. Чего ты добиваешься?

– Хочу всё забыть, забыть, – Кара сжала ладонями виски. – Не чувствовать этой боли.

Денис нахмурился:

– Алкогольная атараксия штука опасная.

Это только поначалу кажется, что помогает, а потом проблема только усугубляется.

– И пусть, – она обреченно вздохнула. – Никого у меня больше не осталось, это ты можешь понять? Уеду, насовсем уеду… к чёрту, к дьяволу!

– Зачем? Это бесполезно, Кара, там всё равно легче не станет. Потерю близкого человека надо пережить, а не убегать. И работа, кстати, в подобных случаях очень даже помогает.

– О чём ты? Изо дня в день выслушивать жалобы на жизнь, вариться в этой серной кислоте и однажды увидеть в зеркале обозлённую, иссохшую старую деву! Да и чем я смогу помочь другим, если самой жить не хочется? – она потёрла глаза рукавом чёрного вязаного свитера.

 – Словом, я решила, что практиковать больше не буду, хватит с меня этого счастья.

– Что ж, решила, так решила, – Денис на секунду задумался и заговорил уже совсем другим тоном, мягким, вкрадчивым и каким-то уж слишком профессионально задушевным. – А знаешь, мне и самому приходила в голову подобная мысль.

Иной раз клиент так достанет, что хочется послать его.., а заодно и всех остальных. Да и на личную жизнь наша работа тоже накладывает отпечаток. Тут одна знакомая мне сказала, что никогда бы не вышла замуж за психолога, потому что просвечиваться рентгеном каждый день вредно для здоровья, представляешь? Но бросать профессию… Можно же найти другое применение твоим знаниям, пойти преподавать, наконец. Новые люди, новые заботы, а? Сейчас, конечно, тебе тяжело, всё из рук валится, я понимаю. Отдохни, съезди в отпуск…

Каролина разочарованно повела головой, испытывая желание закончить этот бесполезный разговор, потом подумала, что раз уж заявилась в кои-то веки к своёму институтскому приятелю, лучшему студенту на курсе, теперь уже авторитетному психотерапевту, то хотя бы из уважения нужно ещё немного потерпеть.

А Денис говорил, говорил, взывал к её здравому смыслу.