Идущие навстречу. На пути друг к другу. Между двух огней

Он предложил девушке проводить ее домой. По лицу той сразу прошла волна.

– Пожалуй… – произнесла она неуверенно и тут же снова покачнулась. Он поддержал ее под руку. Девушка смущенно улыбнулась:

– Видите, мне как-то нехорошо. Мне очень неловко, но… Кажется, у меня нет сил…

И тогда Хорвин сказал:

– Я живу в этом доме. Хотите, поднимемся ко мне? Я угощу вас чашкой чая, вы немного передохнете и придете в себя.

Девушка напряженно склонила голову:

– Наверное, это было бы неплохо… Но… – она взглянула на него с сомнением, – я не затрудню вас?

– Ну что вы! – ответил он решительно и подставил ей свою руку.

 – Пойдемте.

Опершись о его локоть, она чуть слышно прошелестела:

– Благодарю вас…

И она доверчиво пошла с ним рядом. Хорвин отметил, что теперь она выглядит спокойнее, дрожь больше не бьет девушку, и походка ее сделалась тверже. Когда они поднялись по узкой темной лестнице наверх, и Хорвин провел девушку в свою комнату, его гостья совсем приободрилась, личико у нее оживилось, и она принялась с любопытством осматриваться.

Сделаем маленькое отступление. Конечно, появление Ровины не было случайностью, вот уже несколько дней она тайком наблюдала за хорвиновским жилищем и знала его привычку к вечерним прогулкам. Этот момент она сочла подходящим для развития знакомства.

Так же, как и при первой встрече, ей удалось завладеть вниманием молодого человека. Но следует отметить, что страх, который в ней ощутил Хорвин, был настоящим. Конечно, вызван он был не мифическим преследователем, дрожать и запинаться ее заставляла боязнь не справиться.

Истинных причин ровининой тревоги Хорвин не понимал, но ее искренность почувствовал, и именно это вызвало в нем отклик.

…

Пока Хорвин отправился за чаем к своей квартирной хозяйке, оставшаяся одна Ровина с удивлением осматривала его жилище. Принадлежа к состоятельному слою общества, она не слишком хорошо представляла себе жизнь людей иного круга. И сейчас она с некоторым недоумением оглядывала скромную комнатушку, почти лишенную мебели.

Очевидно, помещение это было для хозяина и спальней, и кабинетом, и столовой одновременно. Узкая кровать, стол, стул, буфет, (служивший заодно и шкафом), вот, собственно, и все, что составляло обстановку. Впрочем, содержалась комната в чистоте и порядке, пыли нигде не было, все вещи лежали на своих местах. Но, главное, что привлекло ее внимание, были книги, аккуратно расставленные на полке и на верху буфета.