Идущие навстречу. На пути друг к другу. Между двух огней

Деревья, кусты, лошадь, Хорвин – все слилось в хоровод, они неслись вокруг в неистовом танце.

– Свободна-а-а!!

Хорвин молча наблюдал за нею, теперь его губы трогала чуть заметная усмешка.

– Ладно, – оборвал он наконец ее веселье. – У нас еще много дела. Пойдем.

– Куда? – она остановилась.

– Хворост собирать.

Девушка уставилась на него с недоумением.

– Но это же твоя забота.

– Теперь наша.

Она возразила:

– Зачем я буду его собирать? Ты нас сюда затащил, ты и занимайся всем этим.

Ровине еще трудно было себе представить, что простая черная работа стала ее повседневной обязанностью, весь ее прошлый опыт протестовал против этого.

– Давай не будем считаться, – сказал ее спутник. – Мы здесь вместе, и дела у нас общие. Не одному же мне работать.

– Но и не мне же!

Теперь в ее тоне проглянула заносчивость. Взгляд Хорвина сразу стал суровым. Устыдившись, она добавила в свое оправдание:

– Я не умею.

– Это дома у тебя есть прислуга. А здесь, чтобы выжить, надо все делать самому, – сказал он строго.

 – Я у тебя в услужении не состою!

Все еще не сдаваясь, Ровина запротестовала:

– Но у меня ничего не получится.

– Всему можно научиться, было бы желание, – отрезал Хорвин. – Так что пошли.

Повернувшись, он, не оглядываясь, зашагал в просвет между деревьями. Девушке сделалось неуютно. Оставаться на поляне одной ей не хотелось, она все еще чувствовала себя в лесу неуверенно, а ходить за Хорвином, не делая ничего, ей было неловко, где-то в глубине души она осознавала его правоту.

И, вздохнув, Ровина поплелась за ним следом.

Место для ночлега на этот раз было выбрано на широкой прогалине. Здесь росла высокая сочная трава. Их лошади она явно пришлась по вкусу. Недалеко от того места, где она паслась, находилась низинка, оттуда доносилось веселое журчание ручья. Мощные дубы раскинули вокруг свои необъятные кроны, под их сводами теснились деревца поменьше и кустарник.

Осторожно пробираясь между кустами, Ровина стала подбирать какие-то ветки.

Ей казалось, что их слишком мало, было непонятно, откуда Хорвин приносил такие горы хвороста. Да тут еще, подойдя к ней, ее повелитель раскритиковал собранное.

– Эта не годится.

– Почему? – спросила девушка обиженно.

– Она не сухая.

– Ну и что?

– Гореть не будет. Только дымить, – объяснил он.

Она возмутилась:

– Да как же я пойму, что сухое, а что – нет!

– Есть много признаков, – ответил он спокойно.