Бессмертный пони. Заметки участкового терапевта

В доме два изолированных крыла, в которых прячутся сто шестьдесят квартир. По шестнадцать на этаже, или около того. Ищешь ты, допустим, сто пятидесятую. Просчитав всё по законам здоровой логики, приходишь на последний этаж. А там номера квартир рассеянны хрен пойми как. Максимальный – сто тридцать восемь.

Ошизев, стучишься в сто тридцать восьмую и спрашиваешь: а куда же, собственно, пропала сто пятидесятая? А тебе привычно отвечают: никуда, мол, не пропала. Она просто двумя этажами ниже!

Двумя! Этажами! Ниже!

Есть в Саранске и более странные дома.

Например, старая трёхэтажка на Гагарина 30а. Этот дом существует по законам четвёртого измерения, неподвластному простым человеческим существам.

Поступает, допустим, вызов в пятьдесят шестую квартиру. А квартир в доме всего пятьдесят четыре! Представляете?!

Помнится, получив такой вызов впервые, я подумала, что подвинулась головой. Аж три раза позвонила в регистратуру. Нет, не перепутали. Ладно, думаю: пойду-ка пройдусь по подъезду, постучусь по соседям.

Нам не впервой. Авось, знают, где бабуля с такой-то фамилией живёт…

В подъезде меня ждала конкретная жесть!

На первом этаже – четыре двери. На первой номера: 34–35, на второй – 33, на третьей – 23, на четвёртой – 24.

Второй этаж. Уже три двери. Первая – 25–30, вторая – 48, третья, кажется, 46.

Ну и третий. Снова три двери: 52–54, 36 и ещё какая-то. Квартира 56 оказалась за дверью, помеченной числами 52–54.

Как я поняла со слов пациентки, этот дом в прошлом был общагой.

Позже часть комнат объединили в квартиры, другую часть – в коммуналки с общей кухней. Типа перепланировка. Отсюда – путаница с номерами и документами.

Ещё человейники и человейнички – безграничный источник вдохновения!

Не верите? Посмотрите на любое окно в человейнике. И ответьте на вопрос: кто там живёт? Какой он – этот кто-то? Что ему нравится? Какие у него проблемы и интересы? Уверяю, воображение расскажет интереснейшую сагу с прологом, эпилогом и интерлюдиями!

Юрик Двуликий

Что бы вы испытали, если бы в полутёмном, зассаном подъезде к вам прицепился мужик? Да весь пьяный-помятый?

Да с фингалом, сияющим аки закатное солнце в спальном районе?

Да с замшелой металлоломной трубищей больше самого мужика?!

Вот и я не растерялась и приготовилась драпать, роняя разношенные участковые сапоги.

Однако, мужик весело сказал, шмыгая носом:

– Здрасьте. А я Вас знаю! Вы ведь врач?

Было в его простоте что-то подкупающее.