С парусами по жизни. Часть 2.2. Онежско-Ладожские приключения

А те машины, что еще имеют возможность ехать, еще и не знают, что вот-вот встанут и будут ползти, изнывая от сутолоки и сырости. Кто-то не выдерживает и вылезает на встречку, пытаясь разогнать всех щетками стеклоочистителей, скрипящими по стеклу.

Подъезжаем к Питеру и начинаем объезжать его по ЛКАД против часовой стрелки. Мы летим в ту сторону, куда нет пробок, туда, откуда едут все, и ощущаем на себе недовольные недоуменные взгляды. Мы летим 130—150 вдоль этого скопления понуро рычащих авто, обдавая их потоками брызг от текущей по асфальту воды и не давая выехать на нашу полосу.

Иногда мы не едем, а плывем, или нет – глиссируем. Может, надо медленнее ехать, и не стоит так рисковать, но нет больше сил смотреть на это массовое отступление по всем направлениям нам навстречу, с желанием выехать в наш ряд. И я жму на газ, разрываю пространство и время. Еще чуть-чуть, и мы прорвемся из июня сразу в июль и в вечность без очереди.

Боцман вцепился в подлокотник и подался вперед, и тут я ему говорю:

– Успокойся, мы еще не на Луне и даже не на Марсе, и даже не на орбите земли.

Боцман уже через все прошел и остался в бесконечности. А тут я предлагаю еще и вечность испытать. И он мне говорит:

– Знаешь, сейчас такие ощущения, как тогда, в тот осенний ливень в мокрых кустах, когда я видел вспышку и чувствовал, как пуля летит ко мне, раздвигая капли дождя.

– Не дрейфь, Боцман, со мной ты в каске и бронежилете.

– Но без патронов, да?

И вот мы пьем теплый кофе из термоса под «Докторскую» колбасу и картошку с огурцом, и Боцман говорит:

– Черт, это какой-то моветон.

А мы мечтали об этом…

Да, мы доехали, мы в Приозерске, в яхт-клубе, и наша машина стоит рядом с Яхтой, которая выглядит так, как будто мы её оставили только вчера – все цело и на месте, ничего и не тронуто ветром и снегом – чудеса, да и только. Мы обходим лодку со всех сторон, не в силах заметить каких-либо изменений, что радует нас.

Но в яхт-клубе тихо, ни души, клуб заполняется клочьями тумана, который втискивается через устье Вуоксы. Не видно противоположного берега, тишина, даже нет собак, что обычно встречают всех лаем. Моросит мелкий дождь, а туман добавляет влажности. Тихо разговаривая между собой, мы замечаем пар изо рта, а это означает, что температура +10—12

С и не больше. У причалов нет лодок.

– Да, дела… и здесь «война» и запустение.