Землянки – лучшие невесты. Шоу продолжается

А может, делала это не в первый раз и раньше трюк срабатывал. Дракон не убрал шипы! И судя по всему, убирать не собирался. Пока девушка летела ему на спину, слегка повернулся, двинувшись вбок. В итоге несчастная промахнулась. Оно и хорошо. Потому что, судя по траектории прыжка, она должна была приземлиться прямо на спину дракону. Тогда бы весь зад себе продырявила! А так только руку оцарапала, потому что дракон успел из-под нее уйти.

Участница взвыла. Дракон рыкнул на нее и поспешил удалиться от неприятных звуков подальше. Еще и все остальные всполошились, повзлетали со своих мест. Тут же через портал прошел дракон разумный и торопливо увел прочь хныкающую, уже хотя бы не орущую девушку.

Девчонки ухохатывались.

– Ты видела? Нет, ты видела?! Где были ее глаза!

– Она в своем уме – прыгать на спину, когда там еще шипы!

– Это же не смешно! Она рассекла себе руку.

– А могла бы – задницу.

Снова смех, слегка нервный, потому что никто не знает, как справится сама.

А потом случилось это. Прямая трансляция внезапно прервалась, на экране появилась ведущая каких-то новостей с подписью внизу «экстренный выпуск».

– Срочная, ужасающая новость. Только что стало известно, что на Салахара эвр Илварен, императора ведущего мира Таизира, совершено нападение! Его пытались убить, Салахар смертельно ранен, и неизвестно, сможет ли прийти в себя.

Драконы скрывают подробности, журналистов не пускают к Салахару, однако нам удалось выяснить, что его пытаются спасти. Сможет ли Салахар выжить – пока под вопросом.

Дальше нам продемонстрировали, как журналисты пытались пробиться к высокопоставленным драконам, но охрана их не пускала. Ни Шайрана, ни тем более Салахара не показали.

Снова появившаяся на экране ведущая заверила:

– Мы постараемся держать вас в курсе самых свежих новостей. А пока остается только надеяться, что Салахар эвр Илварен справится, что ему сумеют помочь. Мы очень любим императора Таизира и будем с затаенным дыханием наблюдать за развитием событий.

Экстренный выпуск завершился, а в зале еще какое-то время царила потрясенная тишина.