Землянки – лучшие невесты. Шоу продолжается

– У меня теперь станет меньше магии?

– Он опустошал твой резерв, но резерв восстанавливается.

– А как он делал магов-однодневок, тех, кто лишается магии насовсем? Ведь их резерв тоже должен был восстанавливаться?

– Нет. Если исчерпать резерв до дна, да еще прихватить приличную порцию жизненных сил, а по пути искорежить магические структуры, то резерв уже не восстановится. Мы знали об этом феномене, но думали, что маги выгорают сами, просто перетрудившись. К тому же никто из них ничего не помнил о произошедшем.

Это тоже последствия потери большого количества жизненных сил. Кто бы мог подумать, что все это устраивал Тайламиш, а может, не только он, но и другие Демиурги. – Шайран покачал головой.

Какое-то время я еще нежилась в его объятиях. Шайран о чем-то размышлял, а я не отвлекала. Просто тихонько сидела и наслаждалась моментом. Так тепло, так надежно. И совсем не хочется думать о завтрашнем дне. Не хочется думать об ужасном происшествии, о побеге Демиурга, который вряд ли отступится от задумки заполучить Землю, но какие теперь методы выберет – остается только догадываться.

Шайран уткнулся носом мне в шею, глубоко вдохнул. Но больше ничего себе не позволил, с поцелуями не лез. Может, мой запах его успокаивает, помогает собраться с мыслями? Я прикрыла глаза, чувствуя, что еще немного, и все же разрыдаюсь. Потому что когда он так близко, мне становится больно. Больно от осознания, что это вот-вот прекратится!

– А что теперь будет с Салахаром? Какие шансы у него? – тихо спросила я.

– Тайламиш сделал с ним нечто, очень похожее на то, что мы сотворили с ним. Повязал разрушающую магию на нем самом. Извне что-либо сделать невозможно. Стена, блокировка. Мы никак не можем воздействовать на Салахара. А разрушительная магия, полностью закрывшись от внешнего пространства, питается от Салахара и разрушает его изнутри. Или он сумеет справиться сам, или мы пробьемся снаружи, или… Салахар умрет.

Внутри все сжалось от боли.

– Я должна была сказать раньше…

– Вика.

 – Чуть отстранившись, Шайран посмотрел мне в глаза. – Ты ни в чем не виновата. Не стоит себя винить. Даже мы не знаем обо всех возможностях Демиургов. Ты не могла знать тем более. Кто обращает внимание на сны? Все нормально, Вика. Ты здесь ни при чем. Скорее, уж я должен был проверить, полностью ли разрушена связь.

Я вздохнула, но спорить не стала.

– Надеюсь, все обойдется. Надеюсь, Салахар сможет прийти в себя.

– Будем надеяться, – кивнул Шайран.