#Бояться нужно молча

В нем есть что-то важное? Что-то, чего нет в комнате?

– С-сейчас.

Лопатки прижимаются к стене. Я иссякаю.

– Красотка?

– Меня зовут Шейра.

– А меня – Гений. Или просто крутой парнишка.

Я содрогаюсь в нервном хохоте.

– Ты плохой шутник.

– Никто не шутил.

– Уж лучше я буду называть тебя болваном.

– Тогда я тебя – красоткой.

– Умеешь уговаривать, – фыркаю я. – Сейчас вернусь, не бросай трубку.

– Если что, мое второе имя Ольви!

Я поворачиваюсь к зеркалу. Нос упирается в стекло. Отражение в сто раз живее меня.

В тысячу раз сильнее. И, наверное, в миллион раз счастливее.

За гранью зеркал комната бесконечна. Стены смотрят друг на друга и будто соревнуются в количестве одинаковых картинок. Две плиты на полу выделяются цветом. Они не бежевые, как все, а ярко-зеленые. Такого оттенка лишь предельные пятнадцать гигов кармы.

Я хватаю трубку и рассказываю о странном кафеле Ольви.

– Благодарю, – бормочет он. – Переведу в метры, и код от сейфа готов.

– А что делать мне?

– Сейчас, введу пароль… – Шуршание.

 – Ага, здесь послание! Написано, что Анна хочет побеседовать. Ты понимаешь, о ком речь?

От тиканья часов и мерного писка индикатора я схожу с ума. Меня бросает то в жар, то в холод. Струйки пота щекочут скулы. Я не различаю, что реально, а что только мерещится.

– Шейра?

Я брежу или он волнуется?

– Алло!

– Алло. – Я жадно прислоняюсь к ледяному зеркалу и сползаю на пол.

– У тебя все в порядке?

– Частично.

– Я вызываю Оскара.

– Нет! Я пройду этот чертов квест! Не смей!

Тяжелый вздох.

– Ладно. Но на всякий случай не отключайся.

Я молчу. Как бы он ни раздражал, мне лучше, когда на другом конце провода кто-то есть. Пусть даже этот кто-то – наглец Ольви.

Индикатор наливается красным. У меня в запасе пятьсот метров. Триста до черного порога. Переступив его, я навсегда потеряю каштановый цвет волос.

Включаю громкую связь. Хм, телефон не такой уж и старый!

– Не сиди, – подгоняю я себя. – Время идет.

Будто в подтверждение раздается голос Матвея:

– Осталось десять минут.

Я подползаю к манекену. Если б Анна не была сущностью, она ничем бы не отличалась от кукол из магазинов.

– Давай поговорим.

Никакой реакции. Я глубоко дышу, но легкие, словно лопнувшие шарики, отказываются принимать кислород. Комната расплывается. Я вижу лишь белые пятна и серый силуэт куклы. Прижимаюсь губами к ее уху.

– Анна, пожалуйста, поговори со мной. – В рот набиваются пыльные волосы.