Водители дирижаблей. Мастер полета

Натянув маску на нос, я повернул тумблер и поинтересовался:

«Лиммер, пушки видишь?»

В едком тумане ничего не разобрать! Мы неслись вперед на бешеной скорости, и только под мостиком то тут, то там мелькали силуэты бойцов, сдерживающих копошащихся неупокоенных, а еще тела… тела… много тел.

«Так точно! Удаление – тысяча», – отозвался младший братец Джона, чей дирижабль летел позади и выше.

Позволить стрелять по крепости снарядами никак нельзя! От заклинаний стены укрепили инженеры, но от разрывных гранат защитные структуры не спасали.

«Горный орел» развил максимальную скорость, трещали пластины парусов. А в небо улетали сгустки чистой силы от желающих сбить нас. Ну не смешно? Сбить прямой энергией? Импульсы рассекали дым, и сквозь щели ненадолго проникали лучи солнца.

«Сбрось зажигалки на этих стрелков!» – приказал я, уже различая впереди очертания крепости.

Даже сквозь вой механизмов слышались глухие взрывы.

«Есть!»

«Команде подготовиться».

В канале связи зазвенело от напряжения, а я позволил вырваться наружу праведной злости.

Сейчас мы сожжем их всех, не останется ни живых, ни мертвых. И пороховые пукалки не помогут! Ощутив одобрение опытных вояк, снизился почти до самой земли, готовясь обойти крепость слева. Глаза слезились от дыма и встречного ветра, и почему я до сих пор не разжился очками?!

Шшшах! О себе дали знать маги противника. Гондола дернулась, отчего нас всех подбросило вверх. Приземлившись на колено, я выругался. Сгори в своем огне, черная тварь! У нашего днища великолепная броня!

Справа в клубах дыма мелькнули высокие стены осаждаемой крепости.

«Удаление – пятьсот». – В канале слышался характерный треск. Армейцы с ведомого борта приступили к обстрелу противника.

Рорская гаубица вовремя выстрелила, подсветив себя вспышкой. Бах! Воздух дрогнул. Ну вот, теперь-то вы и попались! Машинально подправив курс, усмехнулся. Когда человечки заметили нас, было слишком поздно. Убежать никто не успел. Из раскрытого грузового отсека вывалилась бомба, с такой высоты промахнуться невозможно.

За спиной зарождалось убийственное ослепительное зарево. И лишь через миг нас накрыло ударной волной. Ухватившись за цепь, ощутил, как машину едва не сорвало с потока. Палуба задрожала, но «Горный орел» выдержал. Не сбавляя скорости, я выполнил крутой разворот. Чужое благоговение заполнило эфир. Холма более не существовало, на его месте зиял кратер, в котором догорали остатки рорской осадной техники.