Водители дирижаблей. Шпионка поневоле

Баллон идеальной аэродинамической формы напоминал приплюснутую каплю, угольный корпус местами проржавел, а на броне виднелись следы от боевых структур. Три вертикальных паруса сияли на тонких дугообразных крыльях, опознавательные знаки отсутствовали. Сам таинственный пилот напоминал героя из кошмара. Черные ленты обмотали лицо и шею странного мужчины. А вот за его спиной Глов различил двух белобрысых магов, творивших непонятные заклинания. И вновь нападавшие не связывались с пилотом компании, не выдвигали своих требований.

Они словно вообще перестали обращать на «Широкую черепаху» внимание. Враждебный аппарат неспешно кружил вокруг кабины. Один оборот, второй, третий… А в каютах на борту царила паника, слышались крики… Испуганные пассажиры стали ломиться на мостик и требовать объяснений.

Глов и сам-то не понимал, что происходит, но действовал по инструкции: послал сигнал бедствия и вложил все силы в защиту гондолы. Жалкие попытки мага отгородиться вызвали у захватчиков лишь усмешки. В следующий момент баллон «Черепахи» был взорван, еще секундой позже гравитационный удар пирата смял кабину.

Пассажиры погибли мгновенно, а наш коллега успел укрыться щитом. Стекло на мостике разбилось, и он полетел вниз с многометровой высоты, сверху упал горящий каркас баллона…

– Если бы жена не поделилась энергией, я бы погиб.

Хельга сочувственно покачала головой.

– А что случилось потом?

Освещенные лучами заходящего солнца, рядом с нами опускались два «Горных орла».

– Пират исчез, как и не бывало, – отозвался маг полета.

 – Если бы вы, юные леди, не рассказали, как сражались с невидимкой, я бы решил, что у меня старческий маразм!

Дальше делиться впечатлениями нам не позволили. Армейский пилот одного из патрульных дирижаблей вышел на связь и потребовал от мистера Глова подняться к ним на борт. Меня тоже не забыли. Началась долгая процедура дачи показаний, ответов на бесконечные вопросы, постоянных вызовов и уточнений. Уставшая и обессиленная, я в итоге не выдержала и грубо посоветовала дотошному офицеру прислать мне повестку через компанию или школу.

Все это время Мико Пан стоял у борта и отрешенно наблюдал, как из воды поднимают тела погибших.

Пока я беседовала с военными, Хельга занялась самым полезным делом – осмотрела наши повреждения. Их было миллион. Часть силовых ловушек сгорела, пробита трубка с охладителем, броня промялась, барахлил главный вал… Но все это ерунда. Главной неприятностью стал сгоревший парус правого крыла.