Вольное солнце Воленстира. Пляска между ударами сердца

Неужели выдержка подводит меня исключительно в общении с…

Так, все потом!

«Слушаю». – Я уселась на постели, подтянула под себя ноги.

Вдохнуть не успела, а эфир заполнила отеческая теплота, сострадание и едкая жалость. Брр. Не захлебнуться бы.

«Юная леди, слава богам, вы живы! – Ласковая речь полилась приторным сиропом. – Так рад вновь слышать ваши мысли, ощущать стремительный разум! Так рад! Все эти дни я места себе не находил, переживал, даже сердце прихватило, когда мне доложили об издевательствах, которым подвергли вас черные мерзавцы.

Это варварство, Флориан! Чудовищное унижение! Мерзавцам не может быть прощения, оправдания! Я… я боюсь даже представить, каково вам пришлось на площади и в той закрытой тюрьме… – Он как будто меня по головке гладил. – Но вы… настоящая боевая магиня, истинная регесторская леди! Я верил, им не сломить ваш свободный дух, дорогая!»

Ах, какие трели выводит. Прохвост. Почему на вызов тогда не ответил? И не помог? Яснее ясного почему.

«Оставьте это, Лекс, – оборвала я его лицемерные излияния. – Не верю».

Жалостливость обернулась горькой обидой. Как кто-то посмел усомниться в его актерских талантах?

«Мне действительно жаль, Флориан. – Зато тон резко поменялся на сухой и деловой. – Жаль, что у вас недостало благоразумия, чтобы прислушаться к моим советам».

Вот такой посол уже походил на себя. В бездну эмоциональные спектакли.

Я цинично пожала плечами.

«Разве не в этом состояла ваша цель?»

Хватит выжидать и играть по чужим правилам в разгадайку. Нечто во мне неуловимо изменилось. Этим утром. Невидимые шестеренки сознания щелкнули, переместились на своих осях на новый, ранее недоступный рабочий уровень и завращались в ином режиме. Довольно каждый раз засовывать меня в жернова. Теперь я буду огрызаться. Вы разбудили меня. Вы все. Каждый по-своему.

Лекс наконец перестал фонить как сердобольный трухлявый пень.

«Вообще-то нет. Изначально мы всего лишь собирались разобраться, зачем вы потребовались Воленстиру. – Он криво усмехнулся. – Черные пошли на неслыханные ухищрения – подброшенные послания, склонение вашего брата к наркотикам, его же разоблачение, вовремя освободившаяся должность в филиале института и ультиматум Данкеру. Была проведена целая спецоперация, вас профессионально спугнули и повели, как мышку в лабиринте.