Желтый свитер Пикассо

– Сейчас поймешь, – просипела она и с размаху отвесила Марии оплеуху. Мария вскрикнула, потерла щеку и ошеломленно захлопала глазами. – Это тебе за крысу, живодерка, – мстительно сказала Аля и отвесила Марии еще одну оплеуху. – А это тебе за бездарную суку! А это тебе… – Алечка занесла руку для следующего удара и глубоко задумалась – за что еще можно звездануть Марию по смазливой физиономии? Мария моментально воспользовалась заминкой и резво отползла на безопасное расстояние. – Ладно, хватит с тебя, – усмехнулась Аля.

Клим выпятил грудь колесом, с гордостью посмотрел на свою невесту, одержавшую победу в схватке, и перевел взгляд на Ольсена, который наконец пришел в себя, с пьяной глупой улыбкой тихо наблюдал за происходящим одним глазом (не подбитым) и сосредоточенно шарил рукой рядом с креслом, пытаясь отыскать там недопитую бутылку «Бордо». Естественно, безрезультатно, потому что Клим, любезно спросив разрешения у крепко спящего Ольсена, уже давно вино допил. Да там и было-то всего ничего, полбутылки он случайно пролил на ковер, когда отползал от кресла, мысленно оправдался Клим, испытывая некоторую неловкость перед своим новым приятелем – человеком, так сказать, с тонкой духовной организацией.

Бедняга так расстроился, когда записку и «подарок» получил! Даже на прием не пошел, пришлось утешать несчастного. Но это было уже потом, после серьезного мужского разговора и выяснения истины. Рут был так любезен, что подробно объяснил, как в кино снимаются постельные сцены, и даже продемонстрировал Климу все наглядно, используя в качестве партнерши подушку с дивана. В общем, он был крайне убедителен и красноречив. И Клим решил, что беспокоиться не о чем.

Девушки, однако, увлеченные милым общением друг с другом, на воскрешение Ольсена из мертвых не отреагировали.

– Ты об этом еще пожалеешь, – вновь осмелев, процедила Мария, вскочила на ноги и ринулась к телефону. – Я звоню в полицию и скажу, что ты и твой женишок – убийцы!

– Лучше мужу своему позвони и расскажи, как ты его слабительным угостила, – сухо сказала Аля.

 – Заодно поинтересуйся у него, слез он уже с унитаза или, может, до сих пор в тяжких думах размышляет, как страну из кризиса вывести?

Маша, которая уже тыкала пальцами в кнопки аппарата, медленно положила трубку на рычаг и обернулась.

– Ты не посмеешь, – потрясенно воскликнула она.

– Не посмею – что? Посвятить твоего мужа в то обстоятельство, что ты терпеть не можешь трусики «танго»? – жестко спросила Аля.