Музыкант и наследница

Эдвард мог найти подход к любому человеку, даже к такому, как шеф—редактор музыкального еженедельника…

– Да, да, – велел Петер и сел в кресло, закинув ноги на стол так, что черная папка с распечатками свалилась с тумбочки—приставки на пол, а он и не заметил.

И Бетт Андре покинула кабинет шефа. Анри Смит позволит опубликовать фотографии музыкантов Группы в журнале, она убедит его. Разочарование в обмане от искусного лжеца Эдварда Петер просто не переживет, а унылое настроение шеф—редактора скажется на работе редакции, чего Бетт Андре допустить не могла.

Бетт Андре задержалась на пороге и прошептала:

– У него естественная улыбка, он не носит линз, он живой, а не офисная кукла.

И вдруг пожалела, что не сказала об этом Петеру в лицо, особенно про офисную куклу.

В половину второго в кабинку заглянула Жасмин. Бетт Андре навела порядок на столе, выключила лампу дневного света и неуверенным шагом двинулась за подругой. По дороге Жасмин пересказывала новые сплетни о сотрудниках и много шутила.

Бетт Андре удивлялась, что многие события в редакции проходят мимо нее. О романе с Анри Смитом пока никто не знал, кроме Петера, а шеф любил посплетничать, но о статье в картинках молчал, будучи обеспокоенным, что подчиненные уличат в обмане. Недавно Петер сообщил всем, что Бетт Андре почти согласилась встречаться с ним.

– Слушай, а как у тебя на личном фронте? – вопрос Жасмин немного удивил Бетт Андре. Она очнулась и осознала, что сидит за столиком в кафе и пытается есть салат из зеленых листьев.

Бетт Андре подавилась. Вот и пришла расплата за три счастливых года беззаботности и свободы:

– Почему тебя заинтересовала моя личная жизнь?

Жасмин спряталась за папкой с меню.

– Да так, – ответила она. – Я же ничего про тебя не знаю, а дружим мы не один месяц. Недавно я засомневалась и подумала, а подруги ли мы? И вспомнила, что в основном говорю я, а ты слушаешь, иногда вставляешь замечание. На обсуждение твоих проблем времени не остается. Ты ни разу не сказала, что устала от болтовни, а я пользовалась твоей молчаливостью и наслаждалась тем, что могу быть в центре внимания… Всегда…

День обещал быть сложным с самого начала… Бетт Андре отложила вилку:

– А если жизнь Бетт Андре скучна, однообразна и она лишний раз не хочет вспоминать, что дома ее никто не ждет, даже голодная кошка.

Она одна с девяти лет, и поверь, в одиночестве нет ничего хорошего, оно сводит с ума, Бетт Андре привыкла жить ради себя, а так не должно быть.