Мёртвый лес

Тогда он уверено взял простой карандаш и сказал Джесси:

– Не двигайся!

Некоторые линии были странные, так как Артур почти всегда рисовал деревья, лишь изредка пытаясь воссоздать внешность биологических родителей. Однако у него получался свой стиль рисунка. Это было изогнутое изображение человека, с шеей похожим на ствол дерево, и волосами похожими на крону дерева. Только эту крону заполняли рыжие волосы Джесси. Полностью чёрные глаза имели блик на рисунке Артура. Так же были видны вместе с плечами – лямки джинсового комбинезона.

Её голова была повёрнута вправо и немного вниз. Он показал портер Джесси. Она сказала:

– Красиво у тебя получилось! Он гордо поднял подбородок и сказал:

– Покажи теперь свой рисунок! Она показала ему изображение. На рисунке был виден мальчик, с прямыми чёрными волосами. Он был в лимона-коричневой куртке. Глаза были карими без блика, что придавало загадочности его взгляду, пусть даже он смотрел прямо. Держался он гордо, смотрел вперёд, туловище было подвинуто в сторону.

Кожа бледноватая, гладкая. Нос был треугольником, гладко присоединённым к плоскому лицу. Подбородок имел такую же треугольную и острую форму. Самым странным показалось Артуру что его портрет улыбался, хотя он почти никогда не улыбался.

– Красиво… – Тихо и грустно прошептал Артур.

Артур чувствовал себя виноватым, из-за неумения улыбаться Джесси. Они рисовали, пока не наступил вечер. До ужина ещё оставался час, но на улицу было уже плохо видно. Артур попытался с улыбкой сказать Джесси:

– Ну что! Пойдём подглядывать! -Давай! – Крикнула она, точно всю жизнь ждала этого мгновения.

Они подходили к двери, слегка приоткрыли и начали смотреть в щель. На этот раз девочки обсуждали моду, это было не так интересно, как математика. Присутствие Джесси для Артура ободряло эту скучную обстановку. Пусть это был её первый рейд, но она держалась тихо, иногда еле слышно похихикивая. Артур улыбался искренне, на этот раз. Немного было обидно Артуру, всё-таки Джесси шпионила лучше его, хотя делала это в первый раз.

Одно успокаивала его, ведь Джесси была с ним, и могла научить его правильному шпионству. Артур, не сдержавшись от радости, засмеялся тонким слегка психопатическим голосом. Это был смех свободы. Смех давал волю его скованным чувствам, и даже чёрствая грусть смогла вновь объявиться, даже без причины. Девочки услышали оркестр смеха, и яростно словно вороны прогнали друзей… Они бежали по лестнице.