Наследники

– Мне нужна помощь! Совсем запуталась! – воскликнула я. – Пока мама носит титул, папа не вернется.

– Не понимаю, – голос брата оживился.

– Что непонятного! – удивилась я. – Группа поможет с записью диска. Отошлю его. Ты проследишь, чтобы маман послушала, прослезилась, вспомнила о былых чувствах и забыла о «муженьке номер два».

Мне показалось, что Эдди усмехнулся.

– Альби, пусть родители сами разбираются.

– Они ведут себя, как дети, – я решила попробовать пиццу. Взяла кусок, теплый и аппетитный. Пиццу не люблю, но домашняя показалась мне довольно вкусной.

– Ты в Городе?

– У папы…

– А как же лекции? Мать не перестает восхищаться тобой. Всем подругам грамоту показала. И газету со статьей.

Кусок пиццы едва не застрял в горле. Я откашлялась, быстро попрощалась и бросила трубку.

Эдвин. Наследник

Элис требует оценить наряды, которые ей подобрали на закрытую вечеринку магната Джона из Южной Страны. А у него, наследника, совершенно другие мысли в голове. Навязчивые, доводящие до внутреннего протеста, истерики.

– Как тебе? – прощебетала Элис и показала поясок очередного платья. Эдвин поднял глаза, пышная юбка вздулась куполом, так сильно растянула ее Элис. Он похвалил длину, фасон, расцветку, качество ткани…

– Модные репортеры оценят, – сказала Элис и закружилась по комнате.

Знала бы, что ему дела нет до мнения журналистов.

– Путеводители и программа мероприятий, – вдруг произнес он. – Элис, я хочу побывать у скал. Здесь пишут о легенде – поющие скалы с острыми вершинами открываются людям честным и добродетельным…

– О, – Элис отпустила юбку и теперь тянет руку.

 – Дай гляну…

Легкий смех, шелестят глянцевые страницы, приятное касание… Элис задела мягкой тканью запястье… Кеннет Пен подал матери бумаги. Она за столом. Щелкнула колпачком ручки и взглянула на него, «врага». Пен прищурился. Мать поставила подписи – враг ликует, прячет документы в тяжелом портфеле.

Утром Эдвин решил говорить с матерью. Нашел ее в парке. Было тихо. Он шагал по каменистой дорожке к оранжерее.

Прозрачную крышу недавно отремонтировали. Солнце нагревало стекло. Под присмотром садовника в голубой панаме мать перекладывала в плетеную корзину цветы, отобранные для посадки в клумбы. Заметив его, она обронила разноцветную охапку на деревянный стол.

– Здравствуй, сынок, – поздоровалась мать, подошла ближе и стянула перчатки. – У вас званый обед, не забыл?

– Успею, – ответил Эдвин. – Нужно поговорить прежде.

– Завтракал?

– Перекусил.