Хищная птица

Из года в год я скрывал свои страхи за напускным весельем, а после каждого праздничного ужина возвращался домой, чтобы в очередной раз прошерстить интернет в поисках лекарства от неизлечимой болезни легких.

В некотором смысле теперь, когда бояться нужно только погоды, жить стало легче. Я часами изучал старинные бульварные газеты и результаты современных медицинских исследований, читал об экспонатах кунсткамер и цирковых уродцах. Сколько всего кошмарного произошло с людьми, которые родились со странными, необъяснимыми, завораживающими отклонениями…

Совсем как моя девушка.

Бывает, таких ужасов начитаешься, что хочется поскорее все это забыть. Выхваченные с неба магонские суда. Эксперименты в секретных правительственных лабораториях посреди пустыни. Вскрытие трупов небесных жителей во имя науки. Кого-то из них выкинули с небесных кораблей просто для того, чтобы стало одним ртом меньше. Как подумаю об этих несчастных, больно сжимается сердце.

С тех пор, как Аза вернулась из Магонии, у нее всегда такое выражение лица, будто каждая наша встреча может стать последней.

Каждый раз она на всякий случай безмолвно говорит мне «прощай». И думает, будто я ничего не замечаю. Мне начинает казаться, что она готова в любую минуту ухватиться за сброшенный с неба канат и залезть наверх.

Да, поводов для беспокойства предостаточно. И их не так-то просто выбросить из головы.

Когда твоя возлюбленная объявляет: ах да, есть один парень, Дай, он со мной запечатлен, потому что судьба предначертала нам быть вместе и петь дуэтом – сложно стоически выдержать такой удар.

Я вообще-то не из ревнивых, но…

Ладно, чего скрывать, я готов на стенку лезть от ревности, даже когда держу Азу Рэй в своих объятиях.

Заль и Дай хотят забрать Азу наверх. Я хочу, чтобы она осталась внизу.

Аза хочет…

Аза хочет всего и сразу.

Вдруг «всего и сразу» не сыскать ни на небе, ни на земле?

– Вид у тебя чудной, – говорит Илай, садясь в машину. – Аза отправилась в школу пешком. Ты опоздал.

– У тебя тоже вид чудной, – говорю я.

– Я тебя умоляю, – фыркает она.

Весь внешний облик Илай отличается строжайшей симметрией, а одежда выглажена и застегнута на все пуговицы. Ничего общего с беспорядочной, хаотичной Азой-то-есть-Бесс. Теоретически они и не сестры вовсе. А на деле – конечно же, сестры. Чудны?е сестры. Вещие сестры[2 - Возможно, аллюзия на сестер-ведьм из пьесы У. Шекспира «Макбет».].

– Сегодня важный день, – говорю.

Илай меня понимает.